«Давай закурим, товарищ, по одной». Как простая песня стала феноменальной

В канун годовщины Победы в Великой Отечественной войны фронтовые песни всё чаще звучат по радио и в наших сердцах. Одна из самых ярких и любимых из них — «Давай закурим, товарищ, по одной» в исполнении непревзойдённой Клавдии Шульженко.

Сейчас это кажется невозможным, но песня композитора Модеста Табачникова на стихи поэта Ильи Френкеля сначала не пришлась по душе руководству советского отдела пропаганды. Но стихотворение, западающее в память с первого прочтения, завоевало души советских солдат...

Chel.aif.ru вспоминает историю появления легендарной, всенародно любимой военной песни «Давай закурим, товарищ, по одной».

«Вот если б патроны»

С началом Великой Отечественной войны старший батальонный комиссар, майор Илья Френкель был спецкорреспондентом фронтовой газеты Южного фронта «Во славу Родины». Илья и стал автором стихотворения, которое его друг, композитор Модест Табачников, положил на свою музыку. Однако не всё было так гладко, как может показаться, с легендарной композицией.

Уроженец Курганской области Илья Френкель знал, о чём писал. Он тонко чувствовал душу солдата, для которого папироса — это не про курение. Это про разговоры, тепло, мечты, дружбу и победу...

Френкель к тому времени был автором множества известных стихов, например, русской версии «Гимна Коминтерна», прошёл советско-финляндскую войну, закончил институт красной профессуры, был заведующим отделом поэзии журнала, редактором издательства. Но по законам военного времени любое произведение, написанное человеком на службе, должно было получить одобрение политорганов. И с этим-то у будущей легендарной песни возникли проблемы.

Бригадный комиссар Рюмин, возглавлявший отдел агитации и пропаганды Южного фронта, стихи не оценил. Ему приписывают такие слова, мол, это слишком мелко, поделиться табаком или папироской. Вот если б патронами или гранатами бойцы делились, тогда другое дело.

Но авторы, Табачников и Френкель, смогли убедить политначальство, и песня впервые прозвучала на праздничном концерте в штабе фронта в Каменск-Шахтинске.

Как песня спасла жизнь

Восхищены словами Френкеля, такими, казалось бы, простыми, но трогательными и запоминающимися, были не только Модест Табачников, но и многие известные культурные деятели СССР, Например, Константин Симонов тоже отмечал их лёгкость, но душевность. Бойцы переписывали от руки ставшие любимыми строки. Песня становилась народной: некоторые фразы исчезали, другие интерпретировались из-за географии фронта на свой лад.

Песню «Давай закурим» исполняли разные певцы, включая звёзд уровня Людмилы Гурченко и Рената Ибрагимова. А первый исполнитель буквально обязан ей жизнью. Речь идёт об Аркадии Воронцове-Явнике.

Один из фронтовых концертов закончился бомбёжкой, в суматохе певец отстал от ансамбля и добирался до своих один. Командир красноармейского дозора хотел расстрелять пойманного непонятного человека, как вдруг один из солдат его узнал. Командир убрал оружие, все протянули кисеты и предложили ему вполголоса пропеть любимую песню.

Клавдия Шульженко

Но всем запало в душу и осталось в истории военных песен, конечно, трогательное исполнение композиции Клавдией Шульженко. Кстати, Шульженко отмечала какой-то феномен песни: стоило ей начать петь первую строку, все солдаты тотчас подпевали хором: «Давай закурим, товарищ мой».

На фонограммах Клавдии Шульженко в третьем куплете поётся «А когда не будет фашистов и в помине», известно другое исполнение — «А когда не станет горя и в помине». Но суть осталась прежней: наряду с «Днём Победы» и «Синеньким скромным платочком» песню «Давай закурим» мы помним и любим до сих пор.

«А вас, Штирлиц…» Фразы Броневого в роли Мюллера, которыми мы говорим Подробнее