aif.ru counter
51

Назад в СССР: на Южном Урале вспоминают расстрел Белого дома

Фото Виталия ВОРОНИНА

О событиях 1993 года беседуют два профессора: Анатолий Бароненко (бывший депутат последнего Верховного Совета России, доктор педагогических наук) и Сергей Зырянов (известный социолог и политолог, доктор политических наук).

В одном пункте собеседники сошлись: расстрел парламента здравомыслящий человек одобрить не может, это был ошарашивающий и бессмысленный шаг - из Белого дома уже эвакуировались всё, кто мог. Расстрел стал символом всевластия Ельцина… Обсуждали причины и следствия этого кризиса.

В Челябинске аукнулось

А. Бароненко: Президентский Указ № 1400 поставил депутатов Верховного Совета перед выбором: подчиниться или всё-таки прибыть на 10-ю сессию парламента. Прилетела в Москву половина челябинских депутатов, добирались трудно, были готовы к аресту. Но до Белого дома, обесточенного и лишённого отопления, добрались благополучно. Было понятно: Верховный Совет уходит в историю, но ещё не поздно денонсировать ряд ошибочных документов, принятых ранее (например, Беловежское соглашение). Ещё был кворум, но Пётр Сумин, например, рвался в Челябинск, где у него тоже был конфликт с ельцинской властью. Я говорил ему: политика делается здесь! Он всё-таки уехал, и не он один. А потом уже стрельба началась.

С. Зырянов: При оценке событий 1993 года я хотел бы разделить их причины и поводы. Причиной конфликта стали радикальные реформы и их квинтэссенция - приватизация, ход которой вызвал массовое недовольство и обострил конфликт между президентом и парламентом. Стремительно росли цены, люди ностальгировали по советским временам: спокойно, мол, жили - зачем переходить к капитализму?

А. Б.: При обсуждении доклада Ельцина о предстоящих реформах (приватизация, либерализация цен с начала 1992 года) я говорил: рост цен может быть и стократным. Уже следующий оратор обвинил меня в нагнетании паники: не может быть такого роста цен! Я и в самом деле ошибся: цены подскочили тысячекратно.

С. З.: Так и было. А поводов к обострению - два. Во-первых, отсутствие консенсуса между законодательной и исполнительной властью относительно форм проведения приватизации. Медлить с ней было нельзя. Запуск механизма экономических реформ должен был устранить чудовищные дисбалансы в экономике. Второй повод - личные отношения амбициозных фигур: Ельцина и Хасбулатова. Каждый считал, что лишь его точка зрения - единственно верная. Межличностный конфликт расколол властную элиту, привёл к поляризации интересов и настроений.

Можно спорить о том, правильными или неправильными были реформы в экономике, но они начали работать. А политическая система оставалась «горбачёвской», возможность её мирного реформирования упустили. Кризис 93-го года по идее должен был открыть путь к демократизации политической жизни, но в итоге реальная политическая власть сконцентрировалась в руках группировки Ельцина и персонифицировалась.

Родимые пятна... феодализма

А. Б.: Реальный ход приватизации депутатов отрезвил. Я был назначен представителем Верховного Совета в Челябинской области, и на совещании группы представителей мы ставили вопрос: почему нарушается закон? Вместо именных приватизационных чеков россиянам выдаются обезличенные ваучеры, их скупают тысячами… Но куратор нашей группы Шумейко цинично заявил: после ликвидации КПСС Ельцину нужна опора, класс собственников, а собственность в белых перчатках не создаётся. Выходит, прав был Прудон: собственность - это кража. Какую же экономику можно построить на воровстве?

С. З.: Россия на рубеже 80-х и 90-х годов пережила буржуазно-демократическую революцию. Такая революция в 1905 году уже была, она дала России конституционный документ (в форме царского манифеста) и первый парламент. В крестьянской стране началась аграрная реформа. К сожалению, процесс преодоления феодальных отношений, которые препятствовали развитию капитализма в России, был прерван. А революция, которую принято называть Великой Октябрьской, фактически восстановила в иных формах неофеодализм. Подданные были и при царе, и при Сталине (в ещё более жёсткой форме подданничества). И до сих пор нам мешают «пережитки феодализма».

А. Б.: Ну, от феодализма - только формы внеэкономического принуждения. Сословности-то не было. А что касается революции 80-х годов - она точно прошла по известному сценарию: задумали идеалисты, осуществили фанатики, плодами воспользовались негодяи.

С. З.: Революции быстротечны и происходят по логике цугцванга, если упущены возможности реформ: процессы идут непредсказуемо и врывообразно. Опыт приватизации есть не только в России, она прошла и в странах Восточной Европы, и в СНГ. Есть более удачные примеры, а в Белоруссии и Узбекистане вместо приватизации - государственная монополия во главе с «батькой» и «султаном».

А. Б.: Да пусть хоть «батька»! Главное - социальная защита населения. Почему с тоской вспоминают Советский Союз? Все были социально защищены. А нынешнее государство делает платными образование, здравоохранение...

С. З.: Я бы назвал советскую систему соцзащиты избыточной. Государство всем недоплачивало, концентрируя в своих руках финансовые резервы. При малых зарплатах мы имели бесплатные школы, вузы, клиники, получали бесплатно квартиры (полжизни за них отработав)… Но какая экономика могла выдерживать такую нагрузку бесконечно? Тем более что экономика была сверхиндустриализированной.

А. Б.: Но рыночные отношения и социализм несовместимы, об этом Маркс предупреждал. У нас с 1965 года главным показателем для предприятий стала прибыль. К чему это привело при отсутствии конкуренции? Ни в качестве, ни количестве товаров роста не было, а цены росли!

С. З.: И был тотальный дефицит продуктов питания и товаров народного потребления. Люди сравнивали всё это с жизнью в капиталистических странах, где капитализм «социализировался»…

А. Б.: У нас никогда не будет такого капитализма! На Западе он развивался снизу, а у нас насаждался сверху - и при царе, и в постсоветский период. Власть даёт собственность своим, чтобы они «делились». И в конкуренции никто не заинтересован.

С. З.: Никогда не говори «никогда»… Победа Ельцина в 93-м, к сожалению, не стала победой демократии. Результаты выборов в Государственную думу показали, что демократы-реформаторы теряют популярность, и Ельцин стал избавляться от бывших соратников. Сложилась система государственно-олигархического капитализма, а возможности развития такого строя невелики. Но возник и подрастает слой городского среднего класса, который имеет относительно высокий уровень доходов, иную степень зависимости от государства, от давления на бизнес и профессиональную деятельность. Государство не может управлять этим классом так же легко, как крупными монополиями.

Куда ж нам плыть?

А. Б.: Пора определиться с перспективами. Невозможно создание гражданского общества в государстве, основанном на воровской приватизации. Государство по Конституции считается социальным, но это пустая декларация. Пока не будет введена система прогрессивного налогообложения, народные деньги по-прежнему останутся на счетах олигархов. Если власть на этот путь не встанет, нам не подняться с колен, мы останемся третьеразрядным государством, гордым только славной историей и культурой.

С. З.: Государственно-олигархическая система неизбежно придёт в противоречие с интересами развивающегося, освобождающегося от государственной зависимости человека. Дальнейшая судьба России связана с новым этапом институализации демократии. Этот процесс уже начинается. Впереди нас ждут интересные сценарии. Хорошо бы они реализовались в границах нормального человеческого общения, без хватания за топоры и вилы.

А. Б.: Без русского бунта…

С. З.: …бессмысленного и беспощадного.

Смотрите также:

Оставить комментарий (0)

Также вам может быть интересно


Загрузка...

Топ 5 читаемых

Самое интересное в регионах