aif.ru counter
366

Закалённый металлом. Челябинец всю жизнь посвятил решению проблем экологии

АиФ-Челябинск №8 22/02/2017
На авиасалоне в Ле-Бурже, 1989 год. Ан-225 и «Буран».
На авиасалоне в Ле-Бурже, 1989 год. Ан-225 и «Буран». © / Ralf Manteufel / Wikimedia commons

Моему собеседнику 88 лет. Мы сидим в маленькой челябинской квартире в центре города. Главной ценностью всей обстановки можно считать пару книжных полок, которые заставлены до отказа. Десятки книг, более 350 научных работ. На всех из них одно имя автора.

Порошок для «Бурана»

Иван Поликарпович ДобровольскийИмя Ивана Поликарповича Добровольского хорошо известно в научной среде не только Челябинска, но и далеко за его пределами. Его ученики трудятся на благо экологии в США и Германии, а он вот всё радеет за нашу область. Вот и сейчас пишет очередной научный труд о том, как вернуть челябинским землям былую плодородность. Вот только не думайте, что перед вами сухой теоретик.

Чтобы понять всю значимость его изобретений, достаточно всего двух фактов. Работая главным инженером цеха коксохима ЧМК, он разработал способ производства кокса, который позволил увеличить производительность на 30%. Что помогло сэкономить государству 6 млн советских рублей, а коллективу завода не остаться без премии.

Приложил свою руку Добровольский и к строительству одного из главных достижений народного хозяйства СССР - космического челнока «Буран», дважды обогнувшего Землю в 1988 году.

«Всего я сделал 128 изобретений, но одно из главных было для «Бурана». Мне и группе специалистов дали ответственное задание - изобрести то, что не позволит корпусу корабля сгореть в космосе. Ведь температура там доходит до 6 тысяч градусов. Корпус корабля обшивали углеродными плитами, устойчивыми к нагреву. Также, чтобы охладить стенки корабля, придумали охладительную систему по типу той, что есть в каждом холодильнике. Так вот, моя группа в этом деле разрабатывала специальный порошок, который должен был отражать солнечные лучи от поверхности корабля практически абсолютно. И нужно сказать мы с этой задачей справились. За чудопорошком конструкторы приезжали из Омска, где работали над легендарным «Бураном», - не без гордости вспоминает мой собеседник.

О том, что он свяжет свою жизнь с химией и настолько углубится в науку, Добровольский даже не мечтал. Родился Иван Поликарпович в сибирской глубинке, в деревне Михайловка Новосибирской области. В 1929 году от коллективизации семья уехала на Украину, но в 1933-м тяжёлое время настало и там. В один из дней семья лишилась кормильца. Пришлось возвращаться снова в Сибирь.

В школу босиком

«Я был ещё совсем мал и этого, конечно, не помню, но мать рассказывала, что у отца кто-то украл продуктовые карточки. После этого он не прожил и суток. Умер от разрыва сердца. В сибирской деревне жилось тяжело. Нас часто называли голодранцами. По сути мы ими и были. Но мне повезло пойти в первый класс. В школу я ходил босой. Второй класс я не учился: не в чем было и некогда. Старшие братья пасли скот, и я вместе с ними. От них научился читать и считать. И жив остался, не умер с голоду», - вспоминает Добровольский.

А придя в школу в третий класс, Иван обнаружил, что знает предметы лучше сельской учительницы. Так впервые дал о себе знать пытливый ум будущего учёного:

«Как-то раз повздорил с учительницей. Она неправильно решила задачу, и я ей высказал это на уроке. Она потребовала извинений, но я отказался, и она меня удалила из класса. Я вообще хамский был парень, говорю: «Вы не умеете задачки решать, а я - выйди из класса?» Но экзамен по физике я всё равно комиссии сдал на отлично. В аттестате у меня было «отлично» почти по всем предметам, кроме русского. В институте тоже учился на «отлично» и получал повышенную стипендию».

Годы войны Иван Поликарпович вспоминает с неохотой. Голод был жуткий. Морально пали духом, когда с фронта пришли одна за другой две похоронки на братьев. Но, как семье погибшего офицера, неожиданно дали 120 рублей. Появилась надежда на выживание. Долгожданное слово «победа» Иван услышал будучи учеником восьмого класса:

«Накануне нас, комсомольцев, послали охранять железную дорогу. Мы и раньше её охраняли и паспортный режим проверяли с милицией. К нам в Сибирь ведь много народу ссылали - и воровство, и бандитизм были. Поэтому привлекали нас, комсомольцев. Когда вернулись из похода, нам объявили: победа! Мы кричали «ура!» и играли в волейбол и городки. Победителям за выигрыш призы дали. Чувствовались всеобщее воодушевление и подъём. Люди плакали, у многих ведь близкие погибли. Тяжело жилось, но не падали духом, как-то выживали. И все дружные были, хоть и голытьба. Я босиком в десятый класс ходил, была обувь, но берёг её на зиму».

176 лет на двоих

А после школы Иван решил поступать в Свердловский политех, и непременно на физмат. Вот только приезжих на физмате отсеивали, потому что мест в общежитии было мало. Не поступив, Иван пошёл пытать счастье на другом факультете. Волею судьбы в комиссии сидел декан химического факультета, который разглядел будущего учёного: «Давай к нам учиться пойдёшь. У нас и общежитие есть, и стипендия больше». Так Иван и стал студентом химфака. Окончив вуз, по распределению попал на Челябинский меткомбинат. За 16 лет работы на заводе прошёл путь от помощника мастера до инженера коксохимпроизводства. Изобретая для металлургии, Добровольский написал свои первые научные работы.

До сих пор Иван Поликарпович работает на кафедре природопользования ЧелГУ, консультирует молодых учёных. Правда, сейчас всё чаще делает это дистанционно, из дома. Большая часть времени у именитого учёного сейчас занята уходом за парализованной супругой и дочерью, у которой ампутированы ноги.

«Всё приходится делать самому. Врачи от нас отказались. Говорят, что дана установка пациентов старше 80 лет на лечение не брать. А жене тоже 88, как и мне. Доброкачественная опухоль - аниома. Она парализована. Но я верю, что смогу поставить её на ноги. Свою зарплату трачу на массажиста, реабилитолога. Ещё немного остаётся на продукты и чтобы рассчитаться с женщиной, которая приходит к нам убираться в квартире, - с оптимизмом говорит мой собеседник, а потом добавляет: - Не думайте, что я всегда таким был с дрожащими руками и ногами. Трясти меня начало после инсульта. А инсульт случился после того, как грыжа появилась. Жену я долгое время на себе носил. Вот и надорвался, видно. Но лечить-то нас уже не берутся».

Он ещё долго рассказывал о своих многочисленных изобретениях. Вместе мы рассуждали про мусоросжигательный завод, который, по мысли Добровольского, совсем неэффективен, и про смог, который проглотил Челябинск надолго. Мой собеседник уверен, что виной всему не автомобили и не Коркинский разрез, а увеличившаяся мощность заводов и старые очистные установки.

По мысли учёного, Челябинск не будет экологически благополучным городом до тех пор, пока не научится перерабатывать отходы производства, которые складировались в огромные горы на протяжении многих лет:

«Отходы металлургического производства у нас принято засыпать известняком. А из них можно получить полезные удобрения для сельского хозяйства. Жидкие отходы сливаем в великое множество кислотных озёр и ничего не собираемся в этом менять. Во всём мире стремятся к безотходному производству. Есть у нас и редкий минерал бишофит, из которого в Европе производят наливные полы и реагенты для дорог. Но у нас это тоже отходы».

Из-за двери в спальню раздаётся сильный кашель. И Иван Поликарпович спешит на кухню, чтобы отнести больной жене воды. Он тяжело шаркает тапочками и с трудом удерживает в руках стакан. Его книги есть в кабинетах губернатора и министра экологии региона. Его ученики живут в благополучных Европе и Америке. Он мог бы, наверное, стать миллионером, если бы жил и работал там. Но он посвятил жизнь своей стране, в которой о нём и его работах предпочли забыть.

«АиФ-Челябинск» в социальных сетях:

Twitter аккаунт; страница ВКонтакте; профиль на Facebook.

Оставить комментарий (0)

Также вам может быть интересно


Загрузка...

Топ 5 читаемых

Самое интересное в регионах