Примерное время чтения: 8 минут
1868

Откровения следователя. «Если бы Голунова заказали, он бы сидел в тюрьме»

Зыков Кирилл / АГН Москва

Всё время с момента задержания российского журналиста и внештатного сотрудника «Медузы» Ивана Голунова толпа сочувствующих скандировала «он не виновен», «наркотики подкинули». В ответ были слышны неуверенные и робкие заявления полиции Москвы о найденных уликах. Затем полная капитуляция – стремительное закрытие дела, два генерала полиции сняты с должности.

Вывод напрашивается – Голунова заказали, иначе были бы доказательства, да и версия о том, что наркотики ему подбросили, звучала как от самого журналиста, так и от его коллег.

Корреспондент «АиФ-Челябинск» пообщался со следователем, работавшим в сфере борьбы с незаконным оборотом наркотиков, и попросил высказать личное мнение о столь резонансном деле.

Мефедрон и кокаин мог и употреблять

Напомним, Голунову вменяли сбыт наркотиков, максимальное наказание, которое грозило журналисту, 20 лет лишения свободы. По версии следствия, в момент задержания при нем находились два пакетика мефедрона, позже при обыске в квартире оперативники нашли кокаин и электронные весы. 

Но уже спустя пять дней после задержания, уголовное дело Голунова закрыли за недостаточностью доказательств.

«Доказывание в наркотиках строится так или иначе при участии третьих лиц – понятых, когда предмет преступления, а именно наркотик, у тебя изымается. Но если задержанный говорит, что наркотик ему подкинули, следователь начинает сомневаться и требует у оперативников исключительных доказательств причастности, тех которых оспорить не возможно - говорит собеседник. - К примеру, весы, которые обнаруживают в квартире Голунова, они могут свидетельствовать о его намерении взвешивать и фасовать наркотики для последующего сбыта. Но никаких следовых количеств кокаина или другого вещества эксперты на них не обнаруживают. Может, он на них вообще крупу взвешивал, это не доказательство.

Как известно, смывы с рук тоже ничего не показали. На изъятых свертках генетики (отпечатков, пота, слюны) нет.

И вот в деле единственные доказательства – показания понятых, которых, теоретически, можно купить, запугать и показания сотрудников полиции, которые априори являются заинтересованными лицами. Ни один следователь такое дело в суд не направит.

Поэтому следствие его и прекратило. На начальном этапе причастность Голунова была очевидна, изъятые наркотики находились при нем, понятые, скорее всего, подтверждали данный факт. В таком случае у следствия есть все основания возбудить дело, ему было предъявлено обвинение, мерой пресечения избран домашний арест. А в итоге, оказалось, что доказать его причастность больше не чем.

А тут такой общественный резонанс, огромное количество людей говорит - он не виновен. Митинги. Дело встает на контроль. А доказательств нет.

Я считаю, что такое скорое прекращение уголовного преследования вызвано только публичностью дела».

На ваш взгляд, чьи наркотики были обнаружены в рюкзаке журналиста? Могли ли они быть самого Голунова или их подбросили?

«Мы не можем знать наверняка. Но вот что странно. У Ивана Голунова нашли мефедрон и кокаин. 

Мефедрон – синтетическое наркотическое средство в виде порошка, он же «героин для бедных». Основной эффект – чувство эйфории, радости, у тебя все получается. Что, скажем, Голунов не мог при себе хранить мефедрон, чтобы писать хорошие статьи? Мефедрон, это не соль, не героин, это наркотик для «движухи». Дома у журналиста находят кокаин. Ещё один «энергетик», самый страшный эффект от которого расслоение слизистой оболочки носа. Много нюхаешь – дырка в носу будет. А такого сильного привыкания как героин, соль или спайс он не вызывает.

Что мефедрон, что кокаин это тот наркотик, который Голунов вполне бы мог при себе хранить. Для личного употребления».

А как же отсутствие его следов на свертках?

«Генетика может и не сохраниться. У меня было дело, задержанный держал в руках пакет с героином на протяжении 30 минут. А экспертиза его следов не показала. Слава богу, были другие доказательства. Не исключена также ошибка эксперта, материал со смыва в лаборатории могли испортить».

Наркотики – это какие-то полумеры

«Теперь о том, что дело могло быть заказное. Если наркотики ему подбросили в целях запугать, заткнуть или посадить в тюрьму, все сделано очень халтурно.

Думать, что сверток изъял из кармана, значит, человек виновен, может только не очень умный, если можно так сказать, оперативник.

Поверьте, при достойном финансировании и исполнении подкинуть наркотики можно любому, и подстроить доказательства таким образом, что человеку будет очень трудно доказать свою непричастность.»

А что же предположения самого Ивана Голунова и его коллег о мести журналисту со стороны «похоронной мафии» в лице генерала ФСБ?

Давайте рассуждать. Я, генерал-полковник ФСБ, у меня есть друзья, деньги и связи. Нам нужно заткнуть человека.

Зачем подбрасывать наркотики? Он что в тюрьме замолчит? Нет, будет также говорить, письма писать и прессу звать. Полумера.

Только честные люди

Одними из первых, что сказал Голунов после освобождения, были слова: «я надеюсь, никто больше не окажется в такой ситуации, как оказался я».

В голове тут же появляется картинка: возвращаюсь вечером с работы, останавливаюсь в проулке на углу дома шнурок завязать. Сзади обрушиваются полицейские, сидящие уже вторые сутки в кустах возле этого угла, где, оказывается, спрятана закладка. Проедемте с нами в отделение, говорят…

«Вы считаетесь задержанным с той минуты, как полицейский взял вас за руку. И если вы считаете, что происходит что-то незаконное в действиях сотрудников, первое, что вы должны сделать - вызвать адвоката. Вам по закону не могут этого запретить.

Если позвонить не дают, пишите в замечаниях к протоколам: я требовал адвоката, но мне не была дана возможность его пригласить, - в таком случае любое процессуальное действия можно оспорить, потому что не было обеспеченно право на защиту. И данное право распространяется и на доследственную проверку, то есть на момент до возбуждения дела.

Открываете карту-справочник и хоть посреди ночи звоните первому адвокату. С момента его появления, он всегда рядом с вами, и противоправных действий в отношении вас никто совершить не сможет. 

На задержании, как и на личном досмотре, который проводит оперативник, должны быть двое понятых.

Не нужно дерзить. Отвечайте, когда спросят, и, главное, обозначьте, что вину и свою причастность не признаете.

Когда материал будет собран, задержанный оправляется на допрос к следователю.

Обыватель не понимает, чем оперативный сотрудник (который работает «на улице») отличается от следователя. Последний это букварь, который разъясняет ваши законные права и вероятность, что они работают в связке, очень мала. Требуйте адвоката (если его до сих пор нет), настаивайте на своей непричастности.

Если нет денег на платного адвоката, просите бесплатного. Откровенно говорите с ним, если на вас оказывали давление. Он готов слушать и будет работать. Они, как правило, все бывшие прокуроры, бывшие следователи и не заинтересованы в помощи следствию, они заинтересованы только в деньгах и своем имени».

Страшно вы так сказали, если надо и подбросят, и докажут вину. Я так и не поняла, что же нас от беспредела защищает? 

«Только честные люди - оперативники, следователи, участковые. Такие есть и сейчас, но их будет больше, когда они будут довольны своей работой.

Беда в том, что полицейская система направлена не на поощрение сотрудников, а на их наказание. За поимку пяти преступников никто не похвалит, ни премию не даст, ни медаль не повесит. Скажут, ещё 10 дел хоть в зубах принести, конец месяца все-таки.

Вот знакомый оперативник, поймал разбойника, который бабушек кошмарил на районе. Он его лично нашел, задержали и в отдел полиции доставил. Дали ему премию 10 тыс рублей. Дайте ему медаль!

Стыдно смотреть – сотрудники полиции с пустыми кителями. Стоит подполковник, у него две медальки за выслугу. Как будто он сидел в кабинете и ничего не делал. А он жуликов ловил и пулю получал. А самое главное, помимо двух медалек у него 20 выговоров и строгачи из-за бумажной работы. 

Сегодня отношение такое, нашел одного жулика иди, ищи еще пять, какие тебе медали.

Палочная система никуда не делась, она будет, пока в полиции работают милиционеры. Они эффективность привыкли так мерить – если за полугодие прошлого года мы раскрыли 60 преступлений, значит, в этом году за полугодие мы должны 61 раскрыть. Тогда мы лучше работаем.

Хотя работа полиции – чем меньше преступлений, тем лучше.

Участковых спрашивают за выявленные нарушения и преступления на их участке. Хороший тот, у которого их больше. Это глупость.

А теперь скажите, разве будет полицейский-«орденоносец» взятку брать, у него будет чувство собственного достоинства».

Мнение редакции может не совпадать с мнением героя публикации.

Оцените материал
Оставить комментарий (0)

Также вам может быть интересно


Топ 5 читаемых

Самое интересное в регионах