Примерное время чтения: 8 минут
132

Курчатову предлагали стать попом. Краевед собрал байки об известных людях

"Отец" советской атомной бомбы Игорь Курчатов на картине Василия Ефанова. Public Domain

На днях пополнился список объектов культурного наследия Челябинской области. Новые памятники и краеведческие изыскания должны способствовать притоку туристов. Всё больше людей убеждаются, что не только всемирная, но и история родного края полна любопытных фактов и неожиданных открытий.

Почему Игоря Курчатова позвали на работу в церковь? Как украинские фамилии озадачили охрану на военном заводе? С кем любил шутить Исаак Зальцман? И где выстроились в шеренгу «зелёные солдаты»? Об этом нам рассказывает коллекционер краеведческих книг и краевед Александр Рейх.

От хлопка до взрывчатки

Эльдар Гизатуллин, АиФ-Челябинск: Многие уже убедились, что краеведение – это не просто описание родного края, а интересные случаи, настоящие легенды. Есть ли такие истории, которые по-прежнему мало известны?

Александр Рейх: В том-то и дело, что в разных изданиях, книгах разбросаны увлекательные истории, которые хорошо б объединить в одно издание, доступное многим. Например, рассказать о выступлении поэта Бальмонта в Челябинске. Или же о случае, который произошёл с физиком Игорем Курчатовым – он гулял по лесу и встретился с местным мужичком. Голос у Курчатова был густой, представительный, и мужичок спросил: «А вы в церкви не служите?». Понятно, что Курчатов не мог сказать, где и кем работает, поэтому сказал: «Может быть». Мужичок сразу обрадовался: «А у нас в деревне поп просто настоящий пьяница! А вы, сразу видно, человек солидный, уважаемый. Пойдёте к нам в церковь служить?»

Или же случай, произошедший на заводе «Сигнал», который в Челябинск эвакуировали с Украины. С заводом приехали и многие рабочие, специалисты – украинские фамилии у некоторых были непривычные для нашего уха. И вот однажды через проходную вышли двое рабочих с фамилиями Забейворота и Колбаса. А понадобилось вернуть их обратно, и на проходную пришло сообщение «Верните Забейворота и Колбасу!». А вахтёры понять не могут, какие там ворота надо закрыть, и какую колбасу вернуть?

- Звучит почти как сцена из комедийного фильма…

- Когда начинаешь знакомиться с такими легендами, можно выяснить и много ценного для краеведения, истории. Вы никогда не задумывались, почему завод, который выпускает боеприпасы, называется Сельмаш? Оказывается, одно время там выпускали технику для сборки хлопка – конверсия была и раньше 89-90-х годов. Завод обязали выпускать подобную технику, так как хлопок был нужен и предприятию как легковоспламеняющееся вещество.

А по поводу происхождения некоторых историй приходится спорить со свердловчанами.

- Это каких, например?

- Это историю мне поведал Владимир Швед. Путешествовал по Уралу однажды Евгений Евтушенко, а так как поэт считался человеком близким к диссидентам, к нему приставили некоего инструктора по фамилии Баскаков. Понятно, что Евтушенко везде принимали с размахом, угощали. В автобусе на пути в аэропорт, когда Евтушенко спал, Баскаков заметил, что у того в ботинках нет шнурков – выпали как-то. Тогда Баскаков потихоньку снял свои и зашнуровал ботинки. Думал, что Евтушенко ничего не заметил, а поэт позднее написал такие строчки: «На просторах Урала я останусь в веках/ В беспартийных ботинках, но в партийных шнурках!».

«Расстрелять 17 человек? Будет сделано!»

- Интересно, как сохраняются подобные истории? Видимо, самые ценные от обычных людей, которым довелось пересечься с историческими личностями?

- Верно. Сужу по себе – мне тесть, который работал на ЧТЗ, рассказывал, что легендарный директор Исаак Зальцман обычно начальство гонял, а рабочих не трогал. Правда, методы стимулирования у него были своеобразные. Танков требовалось всё больше, и на очередном совещании Зальцман сделал вид, что ему поступил звонок из Москвы от Молотова – поднимает трубку, говорит: «Вячеслав Михайлович? Что, расстрелять 17 человек? Будет сделано!». Представляете, последующую обстановку на совещании? Понятно, что потом мало кто осмеливался говорить, что не сможет в срок сделать то-то и то-то.

Или же другой случай. Многие тогда дневали и ночевали на рабочем месте. Один рабочий заснул на стуле, Зальцман к нему подходит и как гаркнет: «Саботаж! Конвейер стоит!». Рабочий так и вскочил, а директор ему: «Спи, спи – я пошутил!».

- А как получилось, что именно благодаря вам люди узнали о так называемых «зелёных солдатах» - тополях, которые посадил ветеран из Сталинграда?

- Речь идёт о пирамидальных тополях, которые растут на пересечении улицы Дарвина и Троицкого тракта. Я вообще считаю, что мост на перекрёстке надо назвать Сталинградским. Ещё в 70-х годах, когда я работал на стройке, в нашей бригаде был товарищ, который рассказал мне о ветеране Григории Кострюкове – тот привёз из Сталинграда саженцы тополей. Я встретился с этим ветераном, он мне рассказал, как сажать пирамидальные тополя, ухаживать за ними. Саженцы стояли строго в шеренгу, как солдаты, а на одном из деревьев была табличка с надписью «Мы стояли в Сталинграде так же прочно и крепко, как эти тополя».

Впоследствии соседи, в том числе и я с родными, вырастили целый взвод или батальон таких тополей – уже на улице Мебельная, а потом и на улице Короленко.

Кто учил Эдуарда Росселя?

- Сами вы краеведческими изысканиями не занимаетесь?

- Меня интересуют книги. Когда я говорю, что удалось собрать не менее 3 тысяч таких книг, люди удивляются: «О нашем крае издали столько книг?». В своё время, в начале 90-х годов, Юрий Жук, который проводил первую Южноуральскую книжную ярмарку, когда я ему показал свою коллекцию, сказал: «Собирай и дальше, поднимай краеведение».

Увлекаюсь также историческими картами – среди моих раритетов есть карта Российской империи 1725 года, где есть даже Крымское ханство, причём в его состав входит не только полуостров, но и территория нынешней Херсонской области Украины.

- А какие краеведческие книги вы могли бы порекомендовать тем, кто интересуется историей Южного Урала?

- Их немало. Например, недавнее издание Гаяза Самигулова «Тюркское население Южного Зауралья». Или же масштабное исследование челябинца Марка Пашкова, который изучил гербы российских дворянских фамилий, в том числе и южноуральских – это Литвиновы, Токаревы, Берсенёвы. Интересно будет также ознакомиться с книгой Татьяны Корецкой «Течёт, течёт Миасс». Там есть любопытная информация о настоящем архитектурном десанте, который высадился в Челябинске после Великой Отечественной войны – в его составе были и специалисты по ландшафтному дизайну. Они проделали огромную работу, так что долгое время Челябинск в этом плане приводили всем в пример.

- А что сейчас, по вашему мнению, не хватает Челябинску, чтобы быть примером и привлекать людей, интересующихся историей?

- Давняя моя мечта – создание Литературного музея. А в Екатеринбурге есть целый Литературный квартал, который в своё время появился благодаря Борису Ельцину. Даже у нас можно было создать такой квартал, и когда говорят – мол, в Екатеринбурге есть для этого фактура, а Бажов и Мамин-Сибиряк – не наши. Как же не наши? Если действие «Серебряного копытца» происходит под Миассом на Ильменском хребте?

У нас немало объектов, которые могли бы привлекать туристов. Так Эдуард Россель однажды сказал, что его учителем как инженера был архитектор Жуков. А этот тот самый Жуков, который ещё до революции построил в Челябинске потрясающее здание элеватора около горсада имени Пушкина. Элеватор уже несколько десятилетий заброшен, а он мог бы стать настоящей достопримечательностью.

Или же можно создать квартиру советского быта. А основой для этого послужит история семьи Белковских. Знаете ли вы, что представитель этой семьи, журналист Сергей Белковский – это тот самый ребёнок, фотография которого стала известна на всю страну в 60-х годах прошлого века, как «Космонавт №2»? Необычная шапка натолкнула его отца сделать такое фото и дать ему название, связанное с Гагариным.

- Все такие проекты, наверное, можно реализовать лишь при поддержке властей и бизнеса?

- Я уверен, что нужно вернуть Общественный совет, который существовал при Петре Сумине. Именно благодаря совету удалось реализовать такие проекты, как Ледовый дворец «Уральская молния», новое здание для областного краеведческого музея. Когда я разговаривал с губернатором Алексеем Текслером, то подал ему эту идею и попытался доказать, что одной Общественной палаты недостаточно – нужна более открытая и гибкая структура. Надеюсь, что-то из этого получится.

Оцените материал
Оставить комментарий (0)

Также вам может быть интересно


Топ 5 читаемых

Самое интересное в регионах