Примерное время чтения: 6 минут
231

«В пандемию зауважали». Терапевт – о нулевых талонах и дешёвых таблетках

Евгений Спицин пришёл работать в больницу сразу после института, 17 лет назад.
Евгений Спицин пришёл работать в больницу сразу после института, 17 лет назад. АиФ

У челябинского терапевта Евгения Спицина два участка, на которых проживает около 4 тысяч человек. Почти каждого врач знает не только в лицо, но и по фамилии. Евгений рассказал «АиФ-Челябинск» о своей работе и об отношении пациентов.

Лечить сразу всё

«Сейчас почти у всех терапевтов в нашей поликлинике по два участка, – говорит он. – На одном участке в среднем насчитывается 1700-2000 пациентов. Когда ходишь на вызовы изо дня в день, конечно, всех запоминаешь. Тем более если работаешь не первый год».

Евгений пришёл в ГКБ № 8 сразу после института, 17 лет назад. Признаётся, что стать врачом в детстве не мечтал. Когда ему было 15, двоюродная сестра поступила в медицинский на хирурга. Этот факт заставил всерьёз задуматься над выбором профессии и нашего героя. Хирургию он сразу отмёл: слишком узко. Остановился на терапии.

«Узкий специалист отвечает за что-то одно, изучает какую-то одну патологию, а терапевт работает со всеми болезнями сразу, – говорит Евгений. – К нему приходят и с травмами, и с болями, и с нервами – со всем. С ним советуются все остальные специалисты, наблюдающие конкретного пациента. Поэтому без ложной скромности можно сказать, что терапевт – самый загруженный врач. К тому же он единственный, кто наблюдает пациента в естественных условиях, то есть дома».

А за дверью больные дерутся

На тёплое время года бывает пять-семь вызовов в день, на холодное – вдвое больше. Чтобы их обслужить, терапевт проходит от трёх до пяти километров по участку. Благо все дома расположены компактно, сами по себе территории небольшие. Раньше не было лимита на количество вызовов: сколько поступало, столько и должен был обойти терапевт в тот же день.

«Есть пациенты, которых тревожит любой пустяк, они могут вызывать врача едва ли не изо дня в день, – констатирует медик. – Но если человек вызывает терапевта, это считается экстренной ситуацией, отказать ему мы не имеем права. Иной раз бывает жаль, что у нас нет возможности выписывать людям штрафы за ложные вызовы, как у полиции».

Сложнее всего обслуживать частный сектор: где-то нет нумерации домов, где-то в дом не достучишься, где-то встречает злая собака. Нередка ситуация, когда человек вызвал врача, а сам забыл об этом и ушёл. Приходится звонить в поликлинику и сообщать, что вызов остался необслуженным.

Два года назад в связи с пандемией ввели ограничения: на два участка до 12 вызовов. Если их больше, выезжает неотложка.

«В пик пандемии только в нашу поликлинику поступало 500-1000 вызовов в день, не спасала даже неотложка, – вспоминает наш герой. – Было нелегко, приходилось сталкиваться с недовольством и даже агрессией больных. Но именно в пандемию, как это ни странно, повысился престиж нашей профессии. Возросло внимание с властей, стала ощутимее поддержка со стороны государства, подросли зарплаты».

С другой стороны, зарплаты эти фиксированные и не зависят от количества пациентов, принятых за день, за месяц. Надбавки за больных, принятых по нулевым талонам, – миф.

«За смену принимаем в кабинете около 20 номерных талонов. Если кто-то из коллег на больничном или в отпуске, то достаётся ещё 10-15 нулевых, – признаётся Евгений. – Вопросы пациенты решают по-разному. Иногда заходят в порядке живой очереди, иногда идут в порядке «один по времени, один нулевой». Да, иногда случаются драки и скандалы пациентов за дверью. К счастью, не за моей, но от коллег про такие инциденты я слышал».

Кому нужны истории болезни?

На каждый приём по стандарту предусмотрено 12 минут. За это время терапевт должен выслушать и осмотреть больного, назначить лечение, выписать рецепт, направление на анализы, заполнить карту на компьютере. В первый год пандемии коронавируса, когда количество пациентов, записавшихся к врачу, зашкаливало, время приёма на каждого сократилось до пяти минут. В отдельные смены приходилось принимать до 50-60 человек.

«Хорошо ещё, что нынче есть шаблоны по заболеваниям, их остаётся только корректировать, уже не нужно заполнять всё полностью вручную, – говорит Евгений Спицин. – С появлением электронных документов стало меньше бумажной работы. Благодаря системе «Барс» анамнез каждого конкретного пациента доступен в любой поликлинике. Говорят, можно даже не хранить бумажную медицинскую карту. Правда, это не касается «хроников»: им карту лучше сохранять, мало ли какая информация понадобится лечащим врачам. И надо понимать, что информация в «Барсе» собирается с 2016 года. Кроме того, система работает только по Челябинской области. Если человек поменяет место жительства или просто обратится в поликлинику в другом регионе, там о его анамнезе ничего знать не будут. Поэтому по большому счёту карты лучше хранить всем».

Болезни старые – лечение новое

Евгений Спицин признаётся, что не любит кино про врачей.

«Там много надуманного! Реальная медицина далека от этих сценариев, она далека даже от обучения, – объясняет он. – Первые годы после института лично мне работать было очень сложно, потому что на практике всё было не так, как в теории. Да и медицина не стоит на месте, каждый год появляется что-то новое. Всё глубже изучаются известные болезни, корректируются схемы лечения, выпускаются новые лекарства и оборудование. Ту же гипертонию десять лет назад лечили по-другому, сейчас ужесточились критерии при назначении препаратов для снижения холестерина».

Задача терапевта – понять, какие препараты нужно принимать здесь и сейчас, а какие нужны для профилактики. Чтобы врачи не отставали от жизни, они должны постоянно учиться, участвовать во всевозможных семинарах, конференциях, форумах. За это им начисляются баллы.

«Каждый год мы должны набирать 50 баллов, – рассказывает Спицын. – Набрал 250 баллов за пять лет – подтвердил свой сертификат, повысил квалификацию. Самое приятное в работе – слышать, что назначенное тобой лечение человеку помогло и он выздоровел. Стоит кому-то из моих родственников и просто знакомых заболеть, они тут же звонят мне, описывают симптомы, просят подсказать лекарства подешевле. Кстати, дёшево сегодня не значит плохо. Есть дешёвые лекарства, которые себя зарекомендовали и отлично работают. Можно заплатить в пять раз дороже и получить тот же самый результат. Я всегда рад помочь, потому что категорически против самолечения: во-первых, человек может сделать себе только хуже, во-вторых, упустит драгоценное время».

Кстати

Сегодня в Челябинской области работают 1 100 терапевтов, 600 из них участковые. В региональном минздраве заявляют: нужно ещё 700. Поэтому в терапевты молодых специалистов берут уже с шестого курса вуза.

Оцените материал
Оставить комментарий (0)

Также вам может быть интересно


Топ 5 читаемых

Самое интересное в регионах