355

Привалов и его «мафия». Родоначальнику лазерной хирургии Челябинска -80 лет

В седьмом классе паренёк из Златоуста Валера Привалов решил, что пойдёт в медицинский институт. Он был неплохим спортсменом, занимался туризмом, лыжами вместе со знаменитой Лидией Скобликовой. А тренировал детей человек, который работал хирургом в больнице. Именно Анатолий Алексеевич Кульбиков, выпуск­ник Челябинского мединститута, и зажёг в пареньке интерес к профессии. Когда Валера увидел в его кабинете приборы для измерения силы мышц спины и объёма лёгких, а вечером в гостях у наставника попил чаю с его мамой-медсестрой, выбор был сделан.


В 1964 году Валерий Привалов получил диплом врача-лечебника и поехал туда, куда распределили жену – в город Сарапул Удмуртской ССР. «Вышел из поезда и увидел деревянные тротуары. Подумал: боже, куда я попал? – вспоминает Валерий Алексеевич. – Я пришёл «стерильным» в хирургическое отделение. В медсанчасти работали пожилая санитарка, которая прошла войну, и опытная медсестра. «Ты не волнуйся, мы тебе поможем», – сказали. Утром прихожу, санитарка говорит, что медсестра заболела. У меня паника! «Стол я уже накрыла», – говорит. Представляете, санитарка накрыла! Через два месяца мне заведующая говорит: «Будешь дежурить». Я ей: «Так я только шить научился». «Ты справишься!» Так я освоил грыжи, аппендициты – основные операции».

Учиться и учиться


 «В то время не было штатных анестезиологов. Хирург начинал давать наркоз, делал интубацию трахеи, дальше медсестра продолжала. Хирург мылся, заглядывал и спрашивал медсестру: «Как там давление?» Это было плохо для медицины, потому что без современной анестезиологии невозможна большая хирургия», – вспоминает Привалов.
Большая – это реконструктивные и восстановительные операции, длительные и тяжёлые, которые дают шанс тяжелобольным и сложным пациентам. Только в 1960-е годы в штате появились анестезиологи-реаниматологи. Привалов на месте освоил анестезиологию. И вот качество, о котором на юбилее говорили все: он не смотрит на болезнь как хирург. Силён и в терапии, и в гинекологии, он постоянно читает!


Пожалуй, он был самым молодым заведующим хирургической кафедрой Челябинского мединститута. «“Будешь заведовать!” – сказал мне мой учитель Крижановский. Мне было около 30 лет. Он же меня заставил заниматься наукой. Я поступил в аспирантуру. Там стипендия – 100 рублей (зарплата была тогда в Челябинске средняя 110 рублей, у инженера 140). С дежурствами на полставки у меня получилось под 200 рублей. Но за заведование не платили, потому что если ты в аспирантуре, то не имеешь права совмещать. Главврач Израиль Моисеевич Матовский выписал мне премию (прошло два года, как я заведовал). Два шикарных костюма – польский и чешский купил себе!» – Привалов до сих пор это помнит.


Помнит, как комплексовал из-за того, что в дипломе у него стояло «лечебное дело». Как взял творческий отпуск и за полгода дописал докторскую диссертацию. Как всегда хотел учиться и быть большим учёным. При нём в Челябинске создали центр по лечению рака щитовидной железы. Это был первый в СССР научно-практический центр с узкой специализацией. Одно время был приказ министра организовать в нашем заштатном Челябинске Институт эндокринологии РФ. Но не случилось, начались лихие 90-е.

Посланник страны в белом халате


Но в начале 90-х, когда открылся «железный занавес», врачи стали публиковаться в иностранных журналах и стали выездными. Вот тогда сбылась мечта Привалова – делиться опытом, не вариться в одной больнице. Можно сказать, профессор стал посланником от России. Посланником в белом халате. Только в Америке побывал семь раз! Врачи так хотели общения с коллегами, что брали отпуска, отгулы и ехали за свой счёт, искали спонсоров.


«Весь мир тогда занимался раком. Появились исследования, что есть гены, ответственные за появление рака щитовидной железы. Мы работали тогда с пациентами из ВУРСа (Восточно-Уральский радиоактивный след), облучёнными после аварии на «Маяке». Похожие разработки вели учёные Фонда Хиросимы и Нагасаки, Европейского союза (Швеция) и Национальный институт рака. Надо было объединить материалы наши. Но не случилось», – рассказывает Валерий Алексеевич.
Привалов очень сокрушается, что не состоялась программа по совместному лечению рака щитовидной железы у детей. Тогда больницы сидели без денег. Но состоялось многое другое.

«А свою маму ты бы как лечил?»


«Он был у меня консультантом по докторской диссертации. Тема – сосудистые аномалии, применение лазерных технологий при лечении гемангиом, – рассказывает хирург Иван Абушкин. – Ездили с ним в Мюнхен, Берлин, Сан-Франциско. Кроме того, сначала теоретически, а затем и на практике мы разработали параметры лазерного излучения, способного «выпаривать» грубые рубцы, что послужило основой для реконструктивных возможностей в хирургии. К примеру, после длительной интубации трахеи во время искусственной вентиляции лёгких иногда возникает рубец в гортани, суживающий просвет и затрудняющий дыхание. Мы сделали доклад о том, что с помощью лазера рубец можно выпаривать. У всех рубцы были грубые после вмешательства, а у нас – нет. Это мировые технологии!»


Заслуженный деятель науки РФ, почётный профессор университета – у Привалова десятки регалий! Чтобы получить «заслуженного», нужно создать школу. Среди его учеников девять докторов и 25 кандидатов наук. «Он очень скрупулёзный учитель, – рассказывает хирург Сергей Яйцев, профессор. – Я у него был первый доктор наук. Некоторые главы по три раза переписывал! Одну главу он мне велел вообще выкинуть, но я смог отстоять».

В 90-е годы наши врачи стали выездными. Они находили спонсоров и ехали на симпозиумы за границу, чтобы делиться опытом.
В 90-е годы наши врачи стали выездными. Они находили спонсоров и ехали на симпозиумы за границу, чтобы делиться опытом. Фото: АиФ/ Из личного архива Игоря Крочека

Тогда на кафедре общей хирургии мединститута возникла горнозаводская «мафия»: подобрались врачи родом из Златоуста, Бакала, Миасса. «И всех этих врачей, ординаторов, интернов он поставил на профессиональное крыло, научил очень скрупулёзно относиться к любой, даже самой малой операции», – говорит его ученик профессор Олег Селиверстов.


«Можно остеомиелит у детей лечить традиционно – сверлить дрелью кость, вычищая гной, а можно воздействовать лазером, что на порядок менее травматично. Мы апробировали лазеры, рассчитали длину волны и изучили воздействие лазерного излучения на ткани и кости. И число осложнений уменьшилось в два раза», – рассказывает профессор Игорь Крочек, который писал докторскую под руководством Валерия Алексеевича.

Кроме того, Привалов и его кафедра стояли у истоков абсолютно нового направления в онкологии – фотодинамической терапии злокачественных образований (ФДТ). Они разработали и внедрили в практику новейший препарат для ФДТ – радахлорин. После введения он накапливается только в клетках опухоли. И если их облучить лазерным излучением с определённой длиной волны, выделяется синглетный кислород, который разрушает клетки опухоли.


«А предложение Валерия Алексеевича проводить восстановление скомпрометированного артериального кровообращения в конечностях при облитерирующем атеросклерозе, синдроме диабетической стопы с помощью реваскуляризирующей лазерной остеоперфорации? – напоминает его преемник, заведующий кафедрой общей и детской хирургии профессор Сергей Сергийко. – Сколько ампутаций конечностей удалось избежать нашим жителям после простого вмешательства!»


Валерий Привалов живёт в Челябинске рядом с первой горбольницей. «Мы его часто звали на трудные операции – кровотечение остановить или когда осваивали новые вмешательства по хирургии толстой кишки. Позвонишь ночью, и он тут же придёт», – рассказывает хирург Леонид Трахтенберг. – Он меня научил важному: как бы ты ни устал (двое суток не спал, только что с дежурства), если к тебе подходит пациент, ты должен отработать. Говорил так: «Представь, что к тебе подошла твоя мать». Когда мы с ним обсуждали план лечения и у меня было три варианта, он тоже спрашивал: «А маме своей ты бы как сделал?»


«Если бы каждый человек, кого Валерий Алексеевич лечил, оперировал, учил, кому помогал в науке и разработке новых направлений, отдал бы ему одну минуту своей жизни, то наш учитель жил бы вечно», – написали благодарные ученики.

Досье


Валерий Привалов.
Автор более 450 научных работ, в том числе десяти монографий, 28 учебных пособий для студентов и врачей, имеет 17 патентов. Член правления Российской ассоциации эндокринологов, Международного союза оптической инженерии (SPIE), учёного совета ЮУНЦ РАМН, коллегии экспертов лазерной ассоциации РФ и стран СНГ.
Награждён знаком «Отличник здравоохранения», медалями «За заслуги перед отечественным здравоохранением», «За заслуги перед Челябинской областью».

Оставить комментарий (0)

Также вам может быть интересно

Загрузка...

Топ 5 читаемых

Самое интересное в регионах