aif.ru counter
101

Безусловная любовь. Мужской и женский взгляд на примере одной судьбы

Все, кто знал народного артиста России, помнят, что он умер в 1991 году, но желают верить в чудо воскрешения. Пока человека помнят, он жив. Поэтому каждый год верные Оболенскому зрители отмечают его день рождения.

21 января исполнилось 110 лет со дня рождения Леонида Оболенского, актера, сыгравшего миллионера в «Чисто английском убийстве», епископа в «Красном и черном», барона в фильме «Миллион в брачной корзине» и много других ролей.

Он дебютировал в 1920 году в немом кино, а в 1980-м на XX международном фестивале телевизионных фильмов в Монте-Карло (Монако) за лучшее исполнение мужской роли в фильме «На исходе лета» был удостоен премии «Золотая нимфа». Он побывал в немецком плену, прошел через ГУЛАГ, жил в Свердловске, Челябинске. Умер в Миассе. Но память о нем не ограничивается только этими городами. О том, каким был Оболенский, вспомнили читатели АиФ и гости фестивальной акции «Виват Оболенский!», проходившей в Челябинске с 19 по 22 января.

Он открыл меня

«В Челябинск я попала в 1958 году после окончания Ленинградского института киноинженеров и приехала как раз к открытию телестудии. Очень интересный и молодой там был коллектив: технические работники – выпускники Одесского института связи, а журналистов прислали из МГУ. Жили мы весело. В 1959 году произошло событие, нас взволновавшее: на телестудию пришел работать Леонид Леонидович Оболенский.

Леонида Леонидовича молодежь сразу окружила, совершенно очарованная его манерой говорить, знаниями, увлеченная его необыкновенной жизнью. Мы с ним дружили. Однажды с Галей Битюцкой были у него в гостях. Встретил он нас необычным образом: на столе красовалось дерево из бананов. Горели свечи. В бокалах он подал нам какой-то изумительный коктейль из смеси соков, фруктов и вина. Говорил, в основном, Леонид Леонидович, а мы с Галей слушали, затаив дыхание. На память о встрече сфотографировал нас.

Позднее, когда он на студии устроил свою фотовыставку, где и наши фотопортреты демонстрировались, то коллеги удивились, как это он сумел запечатлеть меня такой восторженной. Ведь на студии я была строга, сурова и замкнута. Говорили об этом, как об открытии Леонида Леонидовича», - рассказала Клара Кузьмина, ныне живущая в Санкт-Петербурге, а с 1958 по 1966 годы работавшая на челябинской телестудии.

Целовал руки уборщице

«С Оболенским в середине 70-х годов мы были приглашены литовской киностудией на съемки фильма «Обмен». В 7 утра мы должны быть уже на студии. Без четверти семь нас забирала машина. Оболенский к этому времени уже проходил полгорода. Всегда был в чистейшей рубашке, которую стирал сам. Мы выпивали по чашечке кофе стоя, садились в машину и ехали на студию. На студии кроме киноактеров в это время появлялась только уборщица и гример. В фойе Оболенский подходил к женщине с метлой и тряпкой, здоровался, брал ее руку и целовал. Приходил в гримерную - и также здоровался с гримершей. Прошли годы.

Я играла в спектакле у Марцевича, приехала на гастроли в Челябинск. Один спектакль был в Миассе. Перед спектаклем вместе с Эдиком Марцевичем и Юрием Шлыковым пошла в гости к Оболенским. Провели у Оболенских часа полтора. Когда вышли, все рыдали: за что, почему этот светлый человек живет так далеко от центра? Я тогда сказала: «Господи, если бы я знала, что Оболенский хочет жениться, я бы еще на фильме «Обмен» предложила сама ему руку и сердце», - вспомнила актриса театра и кино Валентина Титова (Москва).

Дарил чувство достоинства

«Существовала теория рукопожатий, которая заражает культом культуры. Я пожал руку Оболенскому, а он жал руку Мейерхольду. Значит, между мной и Мейерхольдом только один человек. В 30-е годы ХХ века считали: сколько между мной и Пушкиным или мной и Гоголем рукопожатий. Это рождало ценность самой личности: я – рядом с Пушкиным. Именно Оболенский давал ощущение такого человеческого достоинства, потому что рядом с нами сразу были все: Мейерхольд, Эйзенштейн, Марлен Дитрих, Маяковский, Исаак Бабель… В общем, все яркие личности первой половины ХХ века были рядом с нами только потому, что Оболенский со всеми ими, может быть, не дружил, но виделся, общался, сочинял сценарии, снимал фильмы и т.д.», - считает главный редактор журнала «Кинопроцесс» Вячеслав Шмыров (Москва).

Хранитель души

«Два месяца назад мне приснился Оболенский. Я иду, а он сзади. Я оглядываюсь, а он говорит: «Иди вперед, не оглядывайся. Ты уже знаешь, как жить в этом мире». Я думала: кем он был для меня? И пришла к выводу, что для кого-то он был учителем, а для меня он был душехранителем, хранителем моей души. Когда я встретилась с Оболенским я была настолько безобразным человеком, без образа, я не понимала, зачем эта жизнь, я не любила людей, я не понимала, какой дурацкой жизнью они живут.

На Галапагосских островах такие большие черепахи живут. Когда рождаются у них черепашата, они должны пробежать сколько-то метров до моря, чтобы остаться живыми. Несколько этих метров их подстерегают всякие птицы, еще кто-то, кто может их съесть. Оболенский был таким большим черепахом. Он меня подталкивал: «Быстрей, быстрей, к морю!» А меня то в одну сторону заносило, то в другую. Оболенский подталкивал к морю. Я тогда этого не понимала, но чувствовала.

Меня его смерть многому научила. До этого я очень боялась смерти. Но жизнь не может быть без смерти. Это как две стороны одной медали. Как ни странно, нужно, живя, учиться умирать, т.е. переходить в другую жизнь. Как говорил Христос, мы не умрем, мы переменимся. Нужно учиться меняться. Нужно учиться меняться уже в этой жизни.

Я была тем человеком, который, можно сказать, принимал предсмертную исповедь Оболенского. Так получилось. Он вспоминал свою жизнь. Смеялся. Последними его словами были: «Я прожил жизнь в любви. Я все время любил»… После его смерти, до этого года, я училась любить.

Я - счастливый человек, потому что я наконец-то научилась любить. И не кого-то конкретного или что-то конкретное, а у меня появилось ощущение безусловной любви. Сейчас, может быть неслучайно, я работаю няней с маленькими карапузиками. Они тоже меня научили любить. И все это с подачи Оболенского: как он со мной возился, так я сейчас с карапузиками. Дай Бог всем нам безусловной любви!»- пожелала вдова Оболенского Ирина, ныне живущая в Санкт-Петербурге.

Смотрите также:

Оставить комментарий (0)

Также вам может быть интересно


Загрузка...

Топ 5 читаемых

Самое интересное в регионах