– Берите, берите помидоры! Все равно собиралась выкидывать…
Мы давимся от смеха и жуем вкуснейшие соленые помидоры.
– Клавдия, дай майонез.
– Майонез вредно. Ешьте так!
Клавди́я сегодня в ударе.
– Худенький, ну-ка бери добавку, – командует она нашему оператору, и тут же, не особо церемонясь, наливает ему половник «с горкой» рыбно-щавелевых щей с рисом. Видали такие?
Клавдия и газификация
Мы – в Булзях. Самые первые гости в зарождающемся женском монастыре. Тут всего два человека – матушка Феодосия, наш давний надежный друг, и Клавди́я. Вот так, с ударением на последнем слоге.
Клавдия – трудница. Женщина «из мирских», приехавшая в монастырь пожить, поработать. Говорят, в свое время она много потрудилась в других монастырях, но нигде надолго не задерживалась. Пашет она, как ломовая лошадь – и в огороде, и у печи. Но как рот откроет – хоть стой, хоть падай: что на уме, то и на языке. Простая, прямолинейная, негибкая.
– Ну-ка, худенький, да ты, крепышок! Берите баллон. Потащили! – Клавдия снова на белом коне. Командует, расставляет силы, проводит в дом газ.
Оператор и пресс-секретарь митрополита обливаются потом, но совершают газификацию. Выглядит это так: один ломиком дырявит стену снаружи, другой изнутри пытается в это отверстие вставить резиновый шланг. Шланг соединяет плиту в доме и полупустой газовый баллон во дворе (для защиты от солнца на баллон накинуто старое одеяло). В итоге домик освещается неровным голубым пламенем газовой горелки. Прощайте, чай и каша на костре!
Кирпич на голову
– Этому дому лет 100, – матушка Феодосия ведет нашу пытливую делегацию в огромный каменный подвал. – Посмотрите, какая толстая кладка, тут всегда холодно.
Мы представляем, как лет сто назад в этом мощном подвале покачивались на крюках копчёные окорока и стояли дубовые бочки с солёными рыжиками.
– А вот тут была летняя комната, – продолжает свою экскурсию матушка. – Осторожно, тут кирпичи расшатались… Дом этот ничей, где хозяева, никто не знает. Нас сюда пустили пожить на лето, пока делаем ремонт в школе.
Мы направляемся к школе. Хозяйственная Клавдия вручает нам попутный груз: два матраса, пожертвованные местными жителями. И то верно, чего порожняком ходить?
Старая земская школа – это первое приобретение женского монастыря. После капитального ремонта тут будет оборудован домовый храм и кельи послушниц. Пока все ценное добро складывается в бывшей учительской: железная кровать, два матраса и переносной аналой.
– Матушка Феодосия, а как будет называться ваш монастырь? А кто будет настоятельницей? А откуда возьмутся насельницы? На что вы будете жить? Как собираетесь восстанавливать храм?
Матушка смотрит на нас с такой любовью и мудростью, будто мы дети малые:
– Ну, ребята, это как Господь управит. Чего загадывать?
Черный подол матушкиного подрясника задумчиво жуют два козлёнка: Звездочка и Егорка. Их матушка Феодосия кормила молоком из бутылочки, когда жила на квартире у одной местной старушки.
Попов
С рёвом, шумом и пылью к старой школе подлетает боевая машина местного фермера Николая Попова. Он же – председатель приходского совета. Он же – неистовый краевед. Он же – главный благотворитель, прораб и строитель будущего женского монастыря.
– Ребята, у меня посевная, должны отстреляться по-быстрому. – Попов уже на развалинах старинного храма. Легким пинком выгоняет заблудшую корову. – Вот, посмотрите, какие тут сейчас «прихожане».
Попов лавирует между свежими коровьими лепёшками и рассказывает нам, что когда-то в Булзях было почти пять тысяч душ населения. И построили они на самом высоком месте, на холме над рекой прекрасную церковь, а потом еще и два придела к ней. По воскресеньям тут было все село, а по большим праздникам даже из соседних деревень приезжали.
В 30-е годы церковь закрыли и опечатали, но она стояла целёхонькая до начала 70-х. А уж когда вымерли все старики, ходившие в храм, подросло новое неверующее поколение, церковь быстро и дружно разграбили. Свои же, не приезжие. Вот такие дела…
Свобода и Пуп Земли
И хотя матушка Феодосия с Николаем Поповым пытаются организовать монастырь в Булзях, истинная их цель – гораздо дальше. За 12 километров в лес, в самую глушь, куда проехать можно только в сухую погоду летом.
– Сейчас, где-то здесь, – матушка гонит свою «Ниву» по полю. – Сейчас найдем, не боись!
От неимоверной тряски у нас клацают зубы, и на подходе морская болезнь. Мы с надеждой вглядываемся за каждый перелесок.
На горизонте появляется старая церковь. Среди заросших полей и клочков соснового бора она смотрится как мираж.
– Вот это была лесная заимка женского Новотихвинского монастыря, – рассказывает матушка Феодосия. – До революции здесь было до 80 насельниц: монахини, послушницы, трудницы. Жили своим трудом: пахали землю, выращивали овощи, разводили скот. А в селе Булзи они открыли сельскохозяйственный техникум для деревенских детей и преподавали в нем.
Потом, конечно, советские власти общину прогнали с заимки. Но монастырские поля были такие ухоженные и плодородные, что их решили обратить на пользу государству. В келейные корпуса переселили селян и организовали отделение совхоза, а заимку назвали посёлок Свобода. Новое хозяйство продержалось до начала семидесятых: последняя могила на местном кладбище датирована 1971 годом. А потом разобрали дома и перевезли обратно в Булзи: поближе к цивилизации.
Мы бродим по величественным развалинам. Заросший крапивой фундамент монашеских келий, какие-то подземные строения: кладка толщиной в полтора метра. Кое-где видны следы раскопок: челябинские кладоискатели не оставляют надежду найти «монастырские сокровища».
– Тут кого только не бывало, – вздыхает матушка. – И парни с металлоискателями, и сектанты, и просто странные экзальтированные личности. Кто-то пустил слух, что именно в этом месте находится незарастаемый «Пуп Земли».
Приезжают какие-то люди, жгут костры, прочищают свои астральные чакры и выходят на связь с космосом. Хоть и заблудшие духовно люди, а все равно душа тянется к святыне.
И снова Клавдия!
В хозяйстве матушки Феодосии много чего интересного: разваленная церковь, вроде бы живое здание школы, скорее мёртвое здание бывшего техникума. Всё это надо восстановить. Намечается еще заброшенное строение – бывший школьный спортзал.
Огромный огород с картошкой. Несколько соток земли с лебедой, и настоящий ключ, с ледяной целебной водой. Всё это богатство нужно обиходить, обработать любящими умелыми руками. Как ни крути, с одной Клавдией здесь не справиться.
– Ну, где ж вас носит? Худенького совсем замотали. Садитесь, попейте чайку! – Клавдия выставляет на стол чай, вареную картошку, соленую рыбу собственного посола, помидоры, огурцы, хлеб и пряники.
Суровая трудница достает-таки из запасов майонез, которым не удостоила нас с утра.
Наверное, этим солнечным летним днем мы стали для нее своими людьми.
Досье
Монахиня Феодосия (Новгородцева Ольга Викторовна) Родилась в городе Ирбит Свердловской области в семье военнослужащего и рабочей, затем семья переехала в Челябинск. После школы работала на ЧТЗ.В 1973 году по комсомольской путевке уехала на Дальний Восток, где четыре года была матросом на корабле.
С 1987 по 2006 годы служила в Главном Управлении МЧС по Челябинской области, осуществляла связь Управления с общественными организациями и СМИ. За годы службы сформировалось православное мировоззрение, обрела истинную веру и смысл жизни. Выйдя на пенсию, начала искать применение своим силам в церковном деле.
В 2007 году получила послушание в пресс-службе Челябинской епархии. В 2010 году приняла монашеский постриг с именем Феодосия.
В 2013 году по благословению митрополита Челябинского и Златоустовского Феофана направлена на послушание в с. Булзи Каслинского района для создания монашеской общины и восстановления храма Покрова Пресвятой Богородицы, а также храма праведного Симеона Верхотурского в урочище Свобода.
Адрес храма: 456846, Челябинская область, Каслинский район, с. Булзи, ул. Пролетарская, 15.
Реквизиты для пожертвований:
ИНН: 7402990015 / 740201001
Расчетный счет: 40703810807330001455
В Каслинском филиале ОАО «Челиндбанк»
Корр. Счет: 30101810400000000711
БИК: 047501711
Получатель: МПРО Приход храма Покрова Пресвятой Богородицы с. Булзи
Телефоны: 8-922-758-60-69; 8-932-30-30-605
Смотрите также:
- Кто пал за интернационал? Монахини ухаживают за памятником и строят храм →
- Как послушницы женского монастыря «приручают» атеистов →
- На Южном Урале живут настоящие христианские отшельники →