Правда ли, что из-за глобального потепления Россия может остаться без классической зимы? Начальник челябинского гидрометцентра Валерий Кочегоров рассказал о последствиях изменения климата, причинах экстремальных температур и использовании нейросетей в работе синоптиков.
«Пока не поплыли»
Наталья Зверева, chel.aif.ru: — Этой зимой в Челябинской области было многоснежно и холодно. Было немало дней, когда отменяли занятия в школах. Когда последний раз была такая зима в нашем регионе?
Валерий Кочегоров: — Эту зиму нельзя назвать чем-то из ряда вон выходящим. Она, конечно, выделяется на фоне последних лет, но по большому счёту — в пределах нормы. Если говорить о Челябинске, то средняя температура воздуха зимой была всего на один градус ниже климатической нормы: −11 °C при норме −10 °C. По сути, это обычное значение. А вот по количеству осадков зима действительно выдалась богатой — их выпало почти в два раза больше нормы. Однако, если сравнивать с предыдущими годами, то подобная картина наблюдалась и в позапрошлом сезоне (зима 2023–2024 годов). Тогда средняя температура также составляла около −10 °C, а осадков выпало много, хотя и чуть меньше, чем в этом году (примерно 1,2 нормы).
Думаю, ощущение ненормальной зимы складывается из-за того, что в последние годы мы уделяем больше внимания лету. У нас были засушливые пять лет подряд, а позапрошлое лето выдалось сырым и прохладным. Прошлое было средним.
— Какой же будет весна? Какие районы области «поплывут» или уже «поплыли»?
— Пока мы не «поплыли». На данный момент, согласно последним гидрологическим сводкам, на реках сохраняется режим ледостава. Лёд ушёл только в некоторых местах, ниже крупных водохранилищ, что является нормальным явлением для этого времени года. Некоторых частях водоёмы могут вообще не замерзать.
Что касается прогноза половодья, то его предпосылки закладываются ещё с осени и зависят от нескольких ключевых факторов. Прежде всего, это количество осадков, выпавшее за лето прошлого года. А их у нас выпало прошлым летом больше нормы. Дальше, влажность почвы перед уходом в зиму, тоже она у нас была в 1,3 раза выше нормы. Количество зимних осадков, их опять же выпало больше нормы. Запас воды в снежном покрове тоже выше нормы. Снег снегу рознь. Есть лёгкий, пушистый и рыхлый, в нём меньше влаги. А бывает снег уплотнённый и один см такого снега даёт много воды. Но вот один показатель у нас ниже нормы, это глубина промерзания почвы. В этом году почва промёрзла значительно меньше, местами в два раза слабее обычного. Поэтому она быстрее оттаивает и быстрее впитывает в себя талую воду, не давая им стекать в реки. И один из важных весенних факторов, это дружность весны. Дружность весны — это когда заходит волна тепла, когда аномально тёплая погода, превышающая норму на семь и более градусов. Если к этому ещё и присоединяются обильные тёплые осадки, то снежный покров разрушается очень быстро, возникает бурный приток воды, который может привести к перегрузке водохранилищ и другим неблагоприятным последствиям.
Сейчас ситуация ровная. Уже больше недели над Россией стоит мощный антициклон — от Балтики до Красноярска, у него много центров. И он стационарный, то есть никуда не двигается. Днём температура поднимается до +10 °C, но ночные температуры остаются отрицательными. Это сглаживает процесс таяния. Кроме того, за счёт ночных заморозков происходит сублимация — вода из твёрдого состояния (снега) переходит сразу в газообразное, минуя жидкую фазу. Таким образом, часть запасов воды просто испаряется в воздух.
Поэтому мы пока не прогнозируем опасных явлений. Половодье, скорее всего, будет чуть выше нормы. Уровень воды в реках поднимется примерно на полметра выше обычного. До затоплений и подтоплений, будем надеяться, дело не дойдёт. Самое главное — заполнятся наши водохранилища, и не будет дефицита воды в регионе.
Останемся без зимы?
— Почему число опасных явлений в РФ неуклонно растет? Какие последствия изменения климата мы уже наблюдаем в связи с этим?
— Действительно, мы фиксируем устойчивый тренд по всей России, и Челябинская область — не исключение. Наблюдается увеличение числа опасных гидрологических явлений. Естественно, главная причина этому — изменение климата. Глобальное потепление — это уже доказанный научный факт, подтверждённый множеством исследований. На климат планеты влияет деятельность человека, это уже признано Всемирной метеорологической организацией. Это приводит к повышению температуры. А повышение температуры — это повышение энергии в атмосфере. Усиливается испарение, повышается энергия для образования циклонов. Эти мощные воздушные массы приходят на континент и выражаются в виде более интенсивных осадков, сильных ветров и других опасных явлений. Меняются и крупномасштабные атмосферные процессы. Например, засушливые годы на территории Челябинской области часто были связаны с установлением блокирующего антициклона над Сибирью, который не пропускал влажные воздушные массы. В прошлом и позапрошлом годах ситуация оказалась обратной: установился антициклон восточнее Урала, а циклоны с запада проходили через нас, что и дало обилие осадков.
— Говорят, что из-за глобального потепления Россия в перспективе может остаться без зимы в классическом понимании. Это правда?
— Ну, не так быстро всё это происходит. Давайте немного уйдём от темы климата и обратимся к экономике. Сценариев может быть несколько. Если человечество, особенно за счёт сжигания углеводородного топлива, не снизит выбросы, а будет только их увеличивать, то скорость роста средней температуры на земном шаре будет расти гораздо быстрее, чем сейчас. Второй сценарий — мы полностью отказаться от углеводородов, отказываемся от всех благ цивилизации и возвращаемся в «пещерный век». Но это, конечно, невозможно. Поэтому наиболее вероятен третий сценарий — мы пытаемся сделать экономику эффективной и одновременно переходим на более экологичные источники энергии. По этому сценарию температура будет продолжать расти. Процесс уже запущен, и мы не можем его остановить, но можем замедлить. Даже по самым оптимистичным прогнозам, зимы на Южном Урале не исчезнут совсем. Да, зимы будут становиться всё короче. Мы уже наблюдаем, что осенний и весенний периоды удлиняются. Сегодня, в 20-х числах марта уже вовсю цветёт верба, на многих деревьях довольно набухшие почки. Температура выше нормы, мы уже вошли в метеорологическую весну. Метеорологическая весна — это когда среднесуточная температура воздуха переваливает через ноль в сторону плюса, и когда она устойчива, то есть хотя бы 3-5 дней среднесуточная температура выше нуля. Но в последние годы ранние вёсны случаются всё чаще. А снег выпадает всё позже и позже. Теперь зима начинается на 10-15 дней позже, чем лет 20-30 назад. И в ближайшие десятилетия эта тенденция сохранится. 50 лет назад абрикосы на Южном Урале не росли, теперь растут. Когда-нибудь и до апельсинов дойдём!
Приметы не работают
— Как вы относитесь к народным приметам о погоде? Есть ли среди них те, что действительно работают?
— Народные приметы формировались веками. Исток нашей русской цивилизации — центрально-европейская часть России, это Волга, Ока, Дон. Приметы формировались для того климата, для того типа погоды, который был характерен именно для тех мест. Эти наблюдения были актуальны именно для европейской части страны, и далеко не всегда работают в азиатской части страны. К тому же и климат меняется. Мои предшественники, руководители гидрометцентра в своё время проводили исследования: они анализировали народные приметы и накладывали их на реальную статистику наблюдений. Оказалось, что большинство из них на Урале просто не работает. Оправдываемость примет оказалась ниже 50%. Единственная примета, которая работает примерно в 70-80% случаев, — это январские морозы. Но она имеет под собой научное обоснование: в 70-80% годов в январе устанавливается блокирующий антициклон, наступают сильные холода. Вот они и «крещенские», и «сретенские» морозы.
— Расскажите о самом необычном или запоминающемся случае в вашей практике, связанном с погодой.
— В истории Челябинска было немало таких случаев, большинство связаны с обильными осадками. Например, в ноябре 1997 года произошла сильная метель. Снежные заносы были настолько мощными, что автомобили реально полностью, по самые крыши оказались в сугробах. Их откапывали лопатами! Или возьмём 25 апреля 2014 года. Люди уже расслабились: было достаточно тепло, все готовились к майским праздникам, поменяли резину авто с зимней на летнюю. И вдруг — резкое похолодание и снегопад. Так что на Южном Урале бывает всякое, снег может выпасть и в июне! Тогда это, конечно, застало всех врасплох, хотя и было спрогнозировано. На фоне высокой средней температуры снег полностью сошёл буквально за пару дней. Но в памяти остался у всех.
А, помните, в декабре 2023 года, прямо перед Новым годом, выпало больше месячной нормы осадков буквально за сутки. Город встал в транспортном коллапсе. С другой стороны, встречали новогодние праздники с чистеньким снегом, как в песне поётся, «на белом-белом покрывале», правда, не января, а декабря.
Кому как ощущается
— Как изменились методы прогнозирования погоды за последние 10-20 лет? Какие технологии сейчас самые передовые?
— Конечно, научно-технический прогресс не оставил нашу науку в стороне. Технологии развиваются стремительно: современное физико-математическое моделирование требует огромных вычислительных мощностей, чтобы обработать большие массивы данных. Это делает суперкомпьютер. И чем больше данных мы получаем, тем точнее становится прогноз. За последние годы произошла масштабная модернизация всей системы, всех метеостанций. Если раньше данные синхронизировано поступали раз в 3 часа, то сегодня благодаря глобальной сети станций мы можем получать информацию каждые 10 минут. Активно развиваются и спутниковые технологии: на службе у Гидромета сейчас находится 22 действующих искусственных спутника Земли, которые ежедневно, ежечасно поставляют нам космические снимки. Кроме того, на территории России постепенно внедряется сеть доплеровских метеорологических радиолокаторов (в европейской части она уже работает, а в Сибири и на Дальнем Востоке — активно развивается). Эти локаторы каждые 10 минут показывают всё, что происходит с облачностью в радиусе 200 км, позволяя составить целостную картину происходящего.
Объём этих данных настолько велик, что человек уже не в состоянии обработать их вручную. Поэтому, как я уже говорил, мощные компьютеры запускают физико-математические модели и обрабатывают эту огромную массу информации. А вот дальше в работу вступает синоптик: он должен проверить результат моделирования на соответствие реальным условиям, используя свой интеллект, интуицию и опыт, чтобы выдать максимально точный прогноз.
— Бывают ли ситуации, когда даже современные технологии не могут дать точный прогноз?
— Бывают. Это связано с тем, что атмосфера — система чрезвычайно сложная, хаотичная и нелинейная. Процессы в ней развиваются непредсказуемо. Повторюсь, особенно это заметно летом, когда возникают конвективные явления. Грозовое облако, способное принести значительный ущерб, может сформироваться буквально за час-два. Масштаб таких явлений слишком мал, и ни одна глобальная модель его не «увидит». Современные технологии, конечно, упрощают задачу, но полностью решить проблему пока не могут.
Кроме того, есть и чисто психологический аспект восприятия погоды. Как говорил Чехов, если у человека с утра плохое настроение, то и погода кажется ему плохой. И наоборот. Поэтому при оценке точности прогнозов существуют определённые погрешности. В России действует стандарт, разработанный Всемирной метеорологической организацией. Согласно ему, допустимая погрешность по температуре составляет ±2°. То есть, если прогноз обещают в Челябинске +8,+10°, то на деле температура может колебаться от +6° до +12°. И это нормально.
— Кстати, на современных мобильных мы видим, какая температура в городе и как на самом деле «ощущается». А кем это ощущается? И почему бывает большая разница?
Часто человек воспринимает погоду субъективно. Ему может казаться, что на улице гораздо холоднее или теплее, чем показывает термометр. Это ощущение зависит не только от температуры, но и от влажности, и от скорости ветра. Исследованиями этих ощущений синоптики совместно с медиками занимались ещё в советское время. Так родились определённые таблицы по пересчёту тех или иных прогнозируемых параметров и как оно ощущается среднестатистическому человеку. Уточню, по сезону одетому! Если человек в одной рубашке зимой на улицу выйдет, ему будет казаться, что там все −40!
— Как, по-вашему, будет развиваться профессия метеоролога в ближайшие годы? Не вытеснят ли её полностью нейросети и искусственный интеллект?
Машинное обучение и искусственный интеллект в нашей службе активно внедряются. В прошлом году даже Всемирная метеорологическая организация провела специальное совещание, на котором призвала все национальные службы мира активно развивать эти направления. На данный момент искусственный интеллект — это очень хороший инструмент для обработки больших массивов данных, который позволяет повысить точность прогноза. Однако окончательное решение всегда остаётся за человеком. Хотя и без ИИ уже невозможно. Дело в том, что прогнозные модели — это огромные системы уравнений, которые человек в принципе не может решить достаточно быстро и оперативно. Кроме того, растут и требования общества: если раньше прогноз смотрели один раз утром, то сейчас его уточняют несколько раз в течение дня.
«Не каждый метеоролог синоптик!»
— Валерий Михайлович, как вы пришли в профессию? Был ли это осознанный выбор или случайность?
— Если честно, второе. Начиналось всё как обычная студенческая подработка, которая со временем затянула меня настолько, что определила всю дальнейшую жизнь. Изначально я учился на совершенно другую специальность — инженера-технолога. Пришлось переучиваться, постоянно повышать квалификацию. Так, шаг за шагом, я и остался в профессии. В этом году исполнится 25 лет, как я работаю в этой системе. Если говорить о том, насколько близко или далеко я оказался от своей первоначальной специальности, то в какие-то моменты — очень далеко. Ведь одна из задач Гидрометцентра — прогнозировать неблагоприятные метеоусловия, при которых предприятиям необходимо снижать выбросы производства. Вот тут-то инженеру-технологу и приходится ломать голову, как это реализовать. Получается, я был, по сути, по другую сторону «баррикад». Однако ни дня по своей первоначальной 1222 специальности я так и не проработал.
— Вас раздражает, когда вас называют синоптиком?
— Почему же это должно раздражать? «Синоптик» — нормальное слово, обозначающее конкретную профессию. Это как в здравоохранении: есть медики, а есть специализации — терапевт, педиатр, отоларинголог. То же самое в метеорологии, есть куча специализаций. Агрометеорологи изучают погодные условия, влияющие на сельскохозяйственные культуры, наблюдают за их ростом и развитием, а также составляют прогнозы урожайности. Климатологи работают с огромными массивами данных, анализируя погоду за десятилетия и даже столетия, чтобы выявить долгосрочные тенденции. Метеорологи-наблюдатели занимаются непосредственно сбором данных: проводят наблюдения и передают информацию для дальнейшей работы других специалистов. А есть метеорологи-прогнозисты, которые как раз официально и называются синоптиками, они составляют прогнозы погоды на основе собранных данных. Каждый синоптик — это метеоролог, но не каждый метеоролог является синоптиком.
— Что самое сложное в работе метеоролога?
Это работа в постоянном напряжении. Режим работы — 24/7. Мы никогда не закрываемся, работаем круглосуточно как синоптики, так и метеорологи-наблюдатели. Это постоянное отслеживание всех процессов, которые происходят в атмосфере, всех данных, которые приходят от наблюдательной сети, от космических аппаратов, которые делают снимки поверхности земли, от радаров. Бывает, как сейчас: стоит однотипная погода, ничего не происходит. Летом могут развиваться конвективные процессы в атмосфере, за пару часов грозовое облако может принести большой ущерб, как экономике, так и здоровью людей. И синоптик не имеет права пропустить образование такого облака и не предупредить об этом население и экстренные службы.
— Какой погодный феномен вы бы хотели увидеть своими глазами больше всего?
— Очень интересный вопрос. Очень люблю смотреть по телевизору научно-популярные передачи, мне очень нравится «Охотники за торнадо». Было бы здорово увидеть это явление, этот вихрь, эту воронку не на экране, а вживую, своими глазами.
Подписывайтесь на АиФ в  MAX
|
