Зацепинг. Это слово вошло в обиход в начале «нулевых», как обозначение смертельно опасного хобби, ежегодно убивающего по нескольку десятков человек. А так бывает когда подростки, цепляются за поезда снаружи или залезают на крышу и мчатся по рельсам на бешеной скорости.
Адреналин зашкаливает, ветер хлещет по лицу, а под ногами земля, которая несётся в пропасть. Но один неудачный зацеп — и сообщение в новостях: «Ребёнок погиб под колесами» или «упал с крыши поезда».
Корреспондент chel.aif.ru выяснял, почему же подростков так тянет на такой экстрим, и как можно остановить волну юношеского травматизма и смертей на железной дороге.
За полгода, как за целый год
В России массово зацепинг появился 2005-2007 годах и стал спосбом тинейджеров «реализовывать» себя, публикуя видео таких поездок, получая лайки и порцию адреналина.
На текущий момент сводной общероссийской цифры по всем случаям зацепинга за 2025 год нет — данные фрагментированы по регионам и ведомствам. Но даже то, что есть, пугает. За первое полугодие 2025 года выявлено 727 зацеперов, из них 618 (85 %) — несовершеннолетние. Это количество только за шесть месяцев почти вдвое превысило цифру за весь 2024 год, когда было 364 случаев. При этом пострадали 34 человека, из них 32 не достигли 18-летнего возраста.
Точное число погибших пока не установлено, так как статистика разнится в зависимости от региона и ведомства, а часть случаев может не попадать в официальную отчётность. Но точно известно о 19 погибших.
«Для Челябинской области это новый феномен, раньше таких явлений не наблюдалось, — отметил врио начальника Южно-Уральского линейного управления МВД на транспорте Алексей Аристов. — Если в 2024 году был всего один такой случай, то в прошлом — уже 13, и один — с летальным исходом. Мы стали работать с данными правонарушителями. Их возраст составляет от девяти до 17 лет. За проезд на подножках и крышах железнодорожным вагонов предусмотрена ответственность по части 1 стать 11.17 КоАП РФ — штраф от двух до четырёх тысяч рублей. Но ответственность по этой статье начинается только с 16 лет, поэтому её понесли только двое. За остальных нарушителей ответили их родители — за ненадлежащее воспитание детей».
Не делай, бро!
Денис Г., которому на момент происшествия было семнадцать, считал себя настоящим гуру зацепинга. Этот вид экстремального развлечения давал ему не только острые ощущения, но и вожделенные виртуальные лайки, а главное — вызывал, как ему думалось, восхищение сверстников. Он был уверен, что уж с ним-то точно ничего не произойдёт, а все предупреждения — это «страшилки», придуманные взрослыми.
Однако всё это потеряло всякий смысл два года назад, когда он упал с крыши поезда. К счастью, Денис остался жив, получив сотрясение мозга и серьезные переломы ноги и ключицы.
«Я научился жить с последствиями: теперь хромота почти не ощущается, а боли в ключице стали редкими. Но я больше не игнорирую их, а воспринимаю как предупреждающие сигналы. Они говорят мне: „Ты выжил, но это не повод снова подвергать себя опасности“, — рассказал бывший зацепер корреспонденту chel.aif.ru. — Я до сих пор отчётливо вспоминаю слёзы матери у больничной постели и первое, что сказал мне отец: „Мы тебя любим, сын, пожалуйста, заботься о себе“. Теперь, когда я вижу, как пацаны выкладывают в соцсетях свои опасные трюки, мне хочется крикнуть им: „Посмотрите на меня! Это не круто, это навсегда!“ Даже такая, казалось бы, незначительная хромота — это постоянное напоминание: цена безрассудства никогда не бывает нулевой».
Зацепер «со стажем» объяснил, что их всех так тянет на рельсы.
«Почему тянет? Школа душит, родители пилят, а здесь, типа, свобода. Цепанёшься за тамбур, прыгнешь на переходе — и ты король. А потом в Сети публикуешь и набираешь кучу лайков, — признался Денис. — Но риски бешеные: обрыв проводов, удар током, полёт под локомотив. Статистика, да, мрачная, ведь ежегодно десятки случаев, от переломов до могилы. Не повторяй, бро!»
Нужна альтернатива
Зацепинг — не просто бездумное увлечение, а отражение характерных для юности психологических нужд, считает семейный консультант Мария Александрова. Она привела как минимум семь причин, которые толкают тинейджеров на риск.
«Это самоидентификация. Стремление подтвердить себе и другим: „Я дерзкий, я особенный“. Это поиск острых эмоций. Мозг подростка больше взрослого жаждет адреналина, который служит своего рода стимулятором для переживаний. Это социальное влияние, — перечислила психолог причины корреспонденту chel.aif.ru. — Боязнь показаться трусом в глазах друзей, влияние окружения и желание получить одобрение в интернете — те самые пресловутые лайки, на которых многие строят самоутверждение. Это подростковый бунт против ограничений, тестирование допустимого: „А что, если пойти против правил?“ —попытка заявить о своей независимости. Прибавьте сюда ложное ощущение безопасности из-за отсутствия жизненного опыта, нехватку хобби и недостаток внимания — и вот вам готовый подросток-зацепер, идущий на риск, фактически, из-за комплекса несовершенства».
По мнению психолога, зацепингу нужно противопоставить «легальный» экстрим: скалолазание, паркур, вейкбординг и прочее, и сделать их бесплатными и доступными. В школах ввести еженедельные квесты, проводить курсы по выживанию и турпоходы. Это привнесёт в жизнь подростков столь необходимый им, но при этом относительно безопасный, экстрим.
А беседы в образовательных заведениях об угрозах зацепинга, которые проводят полицейские, хотя и полезны, но зачастую воспринимаются в пубертатном возрасте как нудное «бу-бу-бу» взрослых. Чтобы уменьшить вероятность нежелательного поведения, стоит не ставить запретов, а предлагать другие варианты, демонстрировать заботу и доверие. Важно донести до подростка мысль, что быть интересным и уважаемым можно и не рискуя здоровьем.
«Завинтить гайки» до предела
А юрист Юрий Чванов предлагает в рамках борьбы с зацепингом снижать возраст административной ответственности до 14 лет — как за особо тяжкие преступления, направлять на принудительные занятия с психологом, но главное — искоренить одну из причин — поддержку в соцсетях.
«Когда опасный контент, например, видео с зацепингом, получает много одобрений, это воспринимается как знак расположения и подтверждение „крутости“, что побуждает к повторению подобных действий ради нового успеха в сети, — пояснил корреспонденту chel.aif.ru юрист. — Подросток начинает искать новые способы добиться признания, что может вести к увеличению рискованного поведения. Лайки становятся инструментом интеграции в социальные группы, способом продемонстрировать свою „отвагу“ или „особенность“ сверстникам. В подростковой среде, где популярны рискованные состязания, их освещение в соцсетях и получение лайков может рассматриваться как необходимый этап для получения признания».
Юрист предлагает скрывать показатели реакций на опубликованный контент в социальных сетях. Некоторые сервисы уже проводили эксперименты, где счётчики одобрений записей были недоступны всем пользователям. Только создатель контента мог видеть эти данные. Такой подход ослабляет стремление к внешней оценке.
Подписывайтесь на АиФ в  MAX
|
