Более 36 миллионов россиян живут с диагнозом «ожирение», а лишний вес есть у 62,5 % взрослых жителей страны. Для многих это становится не просто эстетической проблемой. Из‑за осложнений люди теряют работоспособность, сталкиваются с непониманием и годами безуспешно пробуют диеты.
Не понаслышке это знает и 27‑летняя Ксения Сорокина из Магнитогорска. Она весила 145 кг, пока не решилась на гастрошунтирование. После операции девушка похудела на 62 кг, перестала мучиться от скачков давления и теперь поднимается на девятый этаж за три минуты.
Chel.aif.ru разбирался, когда ожирение перестаёт быть вопросом самодисциплины и становится медицинской проблемой, которую решают вместе с врачами.
«Терпение сломало тело»
Ксения начала полнеть с одиннадцати лет. «С каждым годом становилась всё толще. Думала, что меньше уже никогда не буду», — вспоминает она. К 26 годам на весах — 145 килограммов.
Первой о проблеме заговорила мама девушки и предложила решать её путем хирургического вмешательства. Ксения поначалу сопротивлялась: «Я ужасно реагировала, когда мне говорили, что с моим весом что-то не так. Вот когда чужие люди говорят „надо было рот зашить, жрать меньше“ — да откуда им знать, сколько я ем и что я думаю».
Когда девушка окончательно поняла, что диеты и спорт не дают ей никакого результата, согласилась на операцию.
«Терпение моё сломала не внешность, а тело. Спина больше не выдерживала пятнадцатичасовые смены в магазине. На чаще весов ещё также была возможность одеться по вкусу. Всё-таки хотелось иметь красивую, молодёжную одежду, но, приходишь, смотришь на то, что тебе понравилось, а тебе в ответ: „ну нет, Ксюш, на тебя это не налезет“, — признаётся девушка. — А вот на отношение окружающих мне было всё равно. У меня всегда были друзья, поклонники, большой круг общения. Харизма тому способствовала, но понимала, что здоровье-то у меня одно».
«Опять нажрёт!»
Страхов перед операцией хватало, но не тех, что ждут обычно.
«Я боялась больше всего не того, что вдруг умру, а того, что не поем своей любимой еды, энергетики не попью. А больше всего был страх — оставить маму одну, — говорит Ксения. — Бабушка переживала по-своему: „ходи ты лучше полной, но зато здоровой“. Взрослые „тёти“ пророчили: „сейчас сделает операцию, похудеет — и опять всё нажрёт“. Но вес уходил, и „предсказатели“ сменили опасения на восхищение. Двоякое чувство, поэтому я никогда не слушаю других — и учу этому маму», — заявляет героиня.
О самом дне операции она говорит с юмором, который выглядел бы неуместно, если бы не был такой честный: «Когда меня перекладывали с операционного стола, я не чувствовала живота — пустота, как будто тебе пришили чужой. А поняла, что желудок маленький, на второй день, когда выпила ложку воды и почувствовала, что наелась. Глаза хотят, а желудок не может — это сложно. А ещё выпадали волосы в первые месяцы, была полужидкая диета. Зато теперь я поднимаюсь на девятый этаж меньше, чем за три минуты, тогда как раньше тратила на это 20 минут. Перестало скакать давление».
А первыми обновками в гардеробе после похудения стали куртки: «Захожу в магазин и понимаю, что на меня есть размер в обычном магазине. Эти эмоции — вообще супер!». Но до сих пор у Ксении остаётся непобеждённый противник — собственное восприятие: «Я порой комплексую даже больше, чем при большом весе из-за кожи, которая теперь пока ещё висит». Сброшено 62 килограмма, впереди ещё десять.
Бариатрия: как работает операция и почему диеты не помогают
История Ксении — не только про силу воли, но и про выбор метода лечения. Ожирение с 2013 года официально признано в мире хроническим заболеванием, и масштаб проблемы в России давно выходит за рамки «просто следите за питанием». За 2025 год диагноз «ожирение» был поставлен примерно 36 миллионам россиян — среди мужчин это 20,6%, среди женщин 27,4%. По данным Росстата, лишний вес — предожирение или ожирение — имеют 62,5% взрослых жителей страны. Неудивительно, что и бариатрические операции — хирургическое лечение ожирения — стали в разы чаще.
Почему операция работает там, где диеты нет? Объясняет бариатрический хирург Анатолий Калиниченко: «Суть бариатрических операций в том, что делается тонкий, узкий желудок. Люди начинают есть медленно, потому что плохо пережёванная пища не проходит. Скорость питания снижается, но еда не задерживается: быстро уходит в тонкую кишку, переваривается, и человек очень рано испытывает насыщение. Ест медленно, а наедается быстро. При этом люди едят обычную пищу. Ещё и уходит аппетит, снижается вес, разгоняется метаболизм. Основное — изменение структуры питания».
В России, по данным национального бариатрического реестра, 93% пациентов излечиваются от ожирения единственной операцией, а 94% вмешательств выполняются лапароскопически, то есть без разрезов, «через проколы».
«Резекция желудка — операция лапароскопическая, и это не единственная бариатрическая операция — их много, разных, — уточняет Калиниченко. — Анестезия — эндотрахеальный наркоз, человек полностью во сне, операция длится около часа. Уже через два-три часа пациенты встают на ноги, пьют водичку, а со второго дня общий режим. Госпитализация — двое-трое суток».
Когда бариатрия оправдана: нормы ИМТ и список противопоказаний
Эксперты отмечают, бариатрия — это не «услуга для желающих похудеть к пляжу». Ключевой параметр — индекс массы тела (ИМТ). По клиническим рекомендациям Минздрава, хирургическое лечение показано пациентам с ИМТ более 40 независимо от сопутствующих болезней, а при ИМТ более 35 — при наличии тяжёлых заболеваний, таких как сахарный диабет 2-го типа, болезни суставов или апноэ сна. Современные международные стандарты пошли дальше: ИМТ 35 и выше — показание само по себе, а при диабете второго типа операцию рассматривают уже с ИМТ от 30.
«ИМТ 35 и выше — показание к операции. Какой ИМТ оптимальный для операции, сказать трудно. Я считаю, чем раньше человек понял, что не может справиться с лишним весом, решился на бариатрическую операцию, тем лучше. Чем меньше болезней, чем меньше возраст и вес, тем лучше эффект восстановления», — считает хирург.
При этом бывает, что доктора отказывают в операции. «Например, приходит человек с запросом на операцию, но у него недостаточно высокий вес — ожирение первой степени, с которым он никак не боролся: не худел, не пытался изменить образ жизни, не ходил в спортзал. Таких мы сначала пытаемся полечить консервативно. Только при неэффективности назначаем операцию», — поясняет Калиниченко.
Противопоказанием к операции считаются обострение язвенной болезни, беременность, онкологические заболевания с ремиссией менее пяти лет, тяжёлые психические расстройства, декомпенсированные болезни сердца, печени и почек.
Перед операцией необходим стандартный набор обследований и консультации эндокринолога, кардиолога и психиатра.
Реабилитация после бариатрии: питание, спорт, витамины, поддержка врачей
Обещаний стопроцентной безопасности медицина не даёт никому.
«Осложнения могут быть при любой хирургической операции. Но в хорошем центре бариатрические осложнения — большая редкость. Современная бариатрия по статистике более безопасна, чем общая хирургия. Если говорить о серьёзных осложнениях — это общехирургическая история: кровотечение, воспаление в области швов. Это очень редкая история, лучший способ профилактики — подготовка доктора и оснащение», — говорит Калиниченко.
Данные это подтверждают, по статистике Общества бариатрических хирургов России, осложнения возникают в среднем в 2,4% случаев, а летальность за десятилетие наблюдений реестра не превышает 0,04%.
Первые недели после бариатрических операций пациентам рекомендуют принимать полужидкую пищу «через блендер» и ограничение нагрузок. При этом организм входит в состояние энергетического дефицита, пока не научится добывать энергию из собственного жира, — и здесь важна поддержка команды: эндокринолог, диетолог, гастроэнтеролог, сам хирург «на связи пожизненно».
«Со второго месяца можно есть всё, что угодно, но, ориентируясь на свой организм. Через полгода-год наши пациенты спокойно едят в любом ресторане. Разница в другом: раньше насыщением они считали полный желудок — набили, ощутили плотность в животе. А здесь насыщение возникает в голове, как чувство нежелания дальше есть», — объясняет хирург.
Зато обязательны пожизненные витамины — специальные бариатрические комплексы. «Человек начинает мало есть и всегда предпочтёт мясо, а не ведро рукколы. Поэтому витамины здесь незаменимы», — улыбается Калиниченко. Не возбраняется и спорт, наоборот, зарядку можно начинать уже через три дня после операции, активные тренировки — со второго-четвёртого месяца.
Бариатрия: цена операции, квоты по ОМС
Норма результата — потеря не менее 75% избыточной массы тела, и вес уходит в среднем один-три года. Откат возможен, но почти всегда это история не про «операцию сломали», а про жизнь: «Если ты ешь десять раз в день и каждый день запиваешь еду алкоголем — организм ты слушал плохо. Здесь, в отличие от диеты, не надо себя заставлять. Надо просто не мешать организму худеть».
Ценовой вопрос остаётся острым. Операция стоит в среднем 200–300 тысяч рублей, в базовой программе ОМС бариатрическая хирургия пока отсутствует, а по «бариатрической» группе высокотехнологичной помощи проводится не более 700 вмешательств в год, при том, что, по оценкам специалистов, только «экстренным» пациентам с третьей степенью ожирения и сверхожирением нужно около 5 тысяч операций ежегодно.
С этого года хирургическое лечение доступно по ОМС пациентам с ИМТ выше 50 при сопутствующи заболеваниях.
Эпидемия ожирения. Отчего растёт вес и как это лечить? 
Пивное брюшко. Опасен ли большой живот при нормальном весе 
Как понять, есть ожирение или еще нет? Рассчитываем ИМТ вместе с пациентом