aif.ru counter
178

Плакали от обиды. О допинге ходили слухи ещё на Олимпийских играх в Москве

АиФ-Челябинск №14 05/04/2017
Фотографировать на Олимпиаде-1980 стартёрам и спортсменам запрещалось, но наш земляк всё-та- ки попал в кадр спортивной хроники (на снимке он крайний слева).
Фотографировать на Олимпиаде-1980 стартёрам и спортсменам запрещалось, но наш земляк всё-та- ки попал в кадр спортивной хроники (на снимке он крайний слева). © / фото из архива Анатолия Рублёва / АиФ

К сожалению, политика вмешивалась в спорт и раньше. Например, на Олимпиаде 1980 года в Москве.

Судья-стартёр и арбитр Анатолий Рублёв - единственный из челябинцев, которому довелось быть стартёром на Олимпиаде-80. Уже тогда были и санкции, и угроза терактов, и слухи о допинге.

С Мишей не прощались

Эльдар Гизатуллин, «АиФ-Челябинск»: Вероятно, отбор стартёров для участия в Олимпиаде был не менее жёстким, чем у самих спортсменов?

Анатолий РублёвАнатолий Рублёв: Конечно. Предстояло ведь со всего СССР отобрать лишь шесть человек. Звание олимпийского арбитра - это ведь на всю жизнь, как звание олимпийского чемпиона! Нас просматривали на соревнованиях, вызывали на семинары. Пришлось выучить и все команды на английском языке. Где-то за полтора месяца до Олимпиады в Москву вызвали основных претендентов - 16 человек. В том числе и меня. Затем с каждым отбором претендентов становилось всё меньше и меньше.

Я сильно нервничал, хотя мой наставник, известнейший советский стартёр Нимрод Томас, успокаивал: «Не волнуйся, тебя в любом случае возьмём!» Я верил и не верил, всю ночь перед решением не спал! И в итоге меня действительно взяли, причём моё имя стояло уже третьим в списке.

- Вероятно, если для многих Олимпиада была праздником, для вас это была самая настоящая работа, причём исключительно напряжённая.

- Мы все похудели за Олимпиаду. Я, например, на три килограмма, а один из моих коллег - на целых семь! На нём форма просто висела! Невозможно было опоздать, даже на пару минут. Свои обязанности мы выучили буквально да автоматизма. Существовало и много ограничений: нельзя было, например, фотографировать, это разрешалось только аккредитованным репортёрам. Не надо забывать, что эта Олимпиада проходила в разгар холодной войны, и многие страны Запада во главе с США её бойкотировали из-за Афганистана. Тем не менее некоторые спортсмены из Западной Европы к нам приехали. Например, Пьетро Меннеа из Италии. Он стал олимпийским чемпионом на соревнованиях, где я был стартёром. Выступать им пришлось не под своим национальным флагом.

Кстати, именно тогда президент МОК принял решение, чтобы в таких случаях при чествовании спортсменов поднимали флаг Олимпийского комитета и играли его гимн. Помню, итальянцы плакали от обиды: стали чемпионами, а свою страну представить не могли.

- Вероятно, спецслужбы, учитывая статус мероприятия и международную обстановку, действовали жёстко?

- Разумеется. Сотрудников КГБ мы все видели, они обычно ходили в серых костюмах. Тогда было много слухов: одни говорили, что будет теракт на открытии Олимпиады, другие - что готовится акт самосожжения на Красной площади. Но ребята работали действительно профессионально, ничего в итоге не случилось.

Очень подозрительно относились к любым иностранным контактам. Так, когда Пьетро подарил мне значок, немедленно последовал вызов «куда надо». Меня спрашивали: «А зачем он вам подарил этот значок? А вы представляете, если завтра в «Нью-Йорк таймс» этот значок заменят на пачку долларов и напишут, что советские судьи принимают взятки!» Но в итоге мои объяснения всех устроили, значок мне отдали. Кстати, впоследствии он помог мне, когда распределяли квартиры: значок произвёл впечатление на чиновников, и мне удалось получить квартиру большей площади.

- Смогли побывать на церемонии закрытия и попрощаться с Мишей?

- Если честно, мы настолько устали, что уехали до закрытия. Потом посмотрели церемонию по телевизору. На открытии-то мы были - до сих пор помню, что для нас была подготовлена ложа D. Мы раздумывали, не обменять ли билеты и не остаться ли на закрытие. Тогда ведь авиабилеты были дешёвые, всего 29 рублей от Москвы до Челябинска. Но всё-таки победила усталость и желание поскорее добраться до дома.

Наказали всю страну

- До сих пор наших атлетов обвиняют в употреблении допинга. А в советское время такие проблемы были?

- На уровне слухов разговоры ходили. Говорили, что у спортсменов брали кровь, обогащали её различными добавками, а потом вливали обратно. Но это не считалось допингом.

Вообще же, сейчас политику примешивают там, где её быть не должно! Это заметно и в спорте, и в культуре. Да, с допингом бороться надо, но почему говорят только о наших спортсменах? Подход та- кой: санкции не удались, так давайте в спорте попробуем! Американцев тоже ловили на допинге, но потом им давали выступить.

И почему отстраняют от соревнований тех, кто не виноват? Будто всю страну хотят наказать! Это заметно и по отмене соревнований в России. В Челябинске, например, отменили кубок мира по конькобежному спорту.

- Остаётся надеяться, что долго такая политика не продержится.

- Возможно. Но сколько спортсменов пострадало! Подготовка к крупным соревнованиям идёт ведь очень серьёзная. Тренер на протяжении месяцев, а то и лет говорит тебе, что есть, сколько спать, чуть ли не когда с женой спать! А потом кто-то принимает решение тебя не пустить на соревнования. Причём зачастую это просто чиновник, человек при деньгах, который в спорте практически не разбирается!

- Это беда не только международных организаций?

- К сожалению, да. Был момент, когда у нас решили отменить всесоюзные категории, а оставить всероссийские. Мол, Советского Союза уже нет, так зачем эти категории? Но мы-то, старые мастера, понимаем, что всероссийский - это значит республиканский уровень по-старому. А всесоюзный теперь можно рассматривать как международный. На совещании у тогдашнего министра спорта Виталия Мутко я поднялся и спросил: «Кто умнее - мы или Министерство культуры?» На меня смотрят непонимающе: «Как это?» Я объясняю: «Они-то сохранили все старые звания. Как Лановой, Пугачёва или Башмет отнеслись бы к тому, что их лишают званий времён Союза? Они их десятилетиями зарабатывали!» И мне тогда зааплодировали. Что, впрочем, не помешало отменить всесоюзные категории.

Медаль московской Олимпиады гораздо тяжелее по весу, чем нынешние награды.
Медаль московской Олимпиады гораздо тяжелее по весу, чем нынешние награды. Фото: АиФ

В белых штанах и с пистолетом

- Профессия у вас довольно необычная. Как же получилось, что вы были рабочим, а стали стартёром, да ещё олимпийским?

- Я начал заниматься лёгкой атлетикой в армии, а бегал хорошо ещё со школы. Участвовал в армейских соревнованиях, не бросил спорт и когда после армии стал работать на ЧМЗ. За два года дошёл до первого спортивного разряда, а тогда, напомню, нормативы были гораздо жёстче, чем сейчас. Был в сборной города, области. Как-то удавалось находить время и на работу, и на спорт, и на учёбу (я тогда учился в школе рабочей молодёжи). На первенстве СССР по многоборью в 1960 году я занял четвёртое место, и мне предложили поучиться в Ленинградском техникуме физической культуры.

А позднее, когда вернулся в Челябинск, мне предложили пострелять для старта на одном из соревнований. Я был даже без формы. Всё прошло хорошо, и в итоге меня послали стартёром на соревнования по лёгкой атлетике среди женщин между сборными СССР и Румынии.

К этому событию я уже подготовился - надел белые брюки, бейсболку из джинсовой ткани, красную рубашку. Правда, тогда было время дефицита, и рубашку удалось найти скорее оранжевую. Надел и армейскую портупею для пистолета. Набор дополняли пистолет и свисток, который позднее отменили.

- Именно в таком виде должен выходить стартёр?

- Кое-что я и сам придумал, например белые брюки. Впоследствии и другие стартёры стали так одеваться. Именно на тех международных состязаниях я и познакомился с Нимродом Томасом. Он мой наряд похвалил, только сказал: «Портупею всё-таки убери, а то прямо как полицейский!» Похвалил и саму работу: «Ты такой спокойный, не шебутной, как наши москвичи. Так и надо!» Вот так я и попал в бригаду Нимрода. До 1980 года провёл четыре спартакиады народов СССР, четыре спартакиады народов РСФСР, другие соревнования.

- А в чём сложность работы? Казалось бы, это просто - выстрелить из пистолета, и всё…

- На самом деле это целая наука. Особенно сложно на спринте до 400 метров. На старте восемь человек из разных городов и стран, ты должен всех их чувствовать, а они тебя. Можно помочь спортсмену, а можно и всё испортить. Даже характер спортсмена надо знать. Это не каждому дано.

Досье

Анатолий Рублёв. Родился в 1936 году в селе Чечулино Свердловской области. Окончил ремесленное училище. Переехал в Челябинск в 1953 году. Окончил в 1964-м Ленинградский техникум физической культуры. Доныне участвует как стартёр в различных соревнованиях по лёгкой атлетике. Руководит физическим воспитанием в Южно-Уральском многопрофильном колледже.

Оставить комментарий (0)
Loading...

Также вам может быть интересно


Загрузка...

Топ 5 читаемых

Самое интересное в регионах
Роскачество