1797

Спас зверя – стал браконьером. Ветврач – о законах и «обнулении» природы

Все мы, люди, умеем отстаивать свои права. Животные в этом отношении долгое время были брошенными, за них некому было вступиться. Наконец, принят Закон «О жестоком обращении с животными». Но не все так просто. Поговорим о том, какие проблемы и победы в отношении братьев наших меньших сейчас у России. Об этом рассказал челябинский зоозащитник, ветеринарный врач и руководитель единственного на Южном Урале приюта для диких животных Карен Даллакян.

Надежда Уварова, АиФ: - Наконец, Закон «О жестоком обращении» принят. Проблемы остались?

Карен Даллакян: - К сожалению, нет пока действующих КоАПов, которые могли бы привести к административной ответственности.. Животное обидели, но оно выздоровело, а значит, причинен незначительный ущерб здоровью, и никакой  ответственности. Россия стала второй страной после Германии, где жестокое обращение с животными запрещено Конституцией. Основной Закон государства недавно принят, и у законодателей есть поле для работы.

До 2022 года действует мораторий на работу частных зоопарков. После 1 января все они, будь то зоопарки или зверинцы, должны быть лицензированы. Они должны соответствовать определенным правилам, например, размерам вольеров. Далеко не все зоопарки и цирки смогут соответствовать этому. Предписания эти повлекут большие затраты. Кроме того, в пандемию они не работали, не приносили дохода, и, вероятно, это все приведет к тому, что владельцам придется пересмотреть свой бизнес. Но уже сейчас кто-то из них готов отказаться от животных. Вопрос в том, куда их девать? У нас даже собак некуда размещать в муниципальных приютах.

Контактные зоопарки официально запрещены. Но их владельцы нашли лазейку — переименовались. Был контактный зоопарк, стал трогательный. Были дикие животные, стали лесные.

Работы предстоит много. Мы как общественная организация взаимодействуем, работаем и с надзорными органами. Должны быть четкие правила и рекомендации по содержанию животных. Приходится подсказывать, нормативы предлагать.

Иногда животные заставляют нас работать и на законодательном уровне. Возьмем историю с рысью Марысей, которую ведь, по существовавшему законодательству, должны были уничтожить. А она краснокнижная! Но, когда ветеринар берет такое животное на лечение, он становится браконьером. У нас в нормативах нет слова «лечить», есть только «содержать». А ведь наша задача — именно спасать диких животных. Так рысь указала на необходимость менять закон.

Карен Даллакян много лет спасает диких животных.
Карен Даллакян много лет спасает диких животных. Фото: Из личного архива Карена Даллакяна

- Красная книга региона пополнилась новыми животными?

- Пока нет, но здесь есть одна проблема. Как общественники, мы подняли проблему подсчета животных. Перед охотничьим сезоном зверей у нас в лесах считали охотхозяйства, которым, конечно, при сдаче отчетности в министерство может быть выгодно указать излишки какого-то вида. Мы считаем, чтобы общественный контроль обязательно должен быть. Сколько насчитают общественники, и сколько коммерческие организации, нужно сравнивать.

Есть одно охотхозяйство в Свердловской области, которое решило организовать такой бизнес — охоту на бобров. Дело не пошло. Ведь не каждый захочет на них охотиться, и это привело к тому, что численность животных сильно выросла. Они нарушили экосистему реки, там поднялась вода из-за огромного числа грызунов, стали погибать другие обитатели, были затоплены сельхозугодья. Поняв, что наделали, бизнесмены попытались объявить международный фестиваль охоты на этих самых бобров! Когда информация дошла до нас, мы, конечно, это безобразие пресекли. То есть всегда, при любом таком масштабном планировании, должны участвовать государство, наука, общественники. Тот же вывод, что должны участвовать в обсуждении несколько структур, мы желаем и по выпущенным на волю из «китовой тюрьмы» в прошлом году. Многие ведь говорили, что вы, они не выживут в открытой местности. Участие команды Кусто позволило выпустить обитателей на волю.

Сегодня у нас в Челябинской области разрешена охота на рысь. Хотя мы считаем, что их мало, и это нужно пресечь. В некоторых регионах страны они занесены в Красную книгу. Мы всегда исходим из следующего. Если в одном регионе много каких-то особей, а в другом их мало, почему бы не переселить? Можно изловить излишки и перевести туда, где их не хватает, и таким образом стабилизировать ситуацию, а не убивать! К сожалению. И браконьерство у нас никто не отменил. К тому же те страшные пожары, что были, например, в прошлом году, тоже ухудшили численность животных. Я думаю, в той же Сибири и вовсе нужно бы запретить охоту на многие виды, государству нанесен огромный ущерб. Лес без животных — это уже больной лес. Поэтому важно не показывать численность животных на бумаге, а привлекать общественников к реальному подсчету.

- Не секрет, что многие южноуральцы находят в лесах раненых или больных животных и птиц. Какой алгоритм действий будет правильным?

- Если вы нашли раненое животное — это чрезвычайная ситуация. Первое, что нужно сделать, набрать номер телефона МЧС или полиции и сообщить о своей находке, описать ее состояние. Сейчас действуют такие нелепые правила, что, если человек хочет спасти животное, считается, что он взял его без разрешения министерства экологии, то есть он — браконьер. Не дай бог, животное краснокнижное, тогда можно и штраф получить за доброе дело. По идее, эта находка может случиться в нерабочее время, в выходные, вечером. А ведь, звоня в полицию и МЧС, как правило, услышишь: «Мы животными не занимаемся». Сейчас мы фиксируем наши отношения с министерством экологии, МЧС и полицией. Должен быть какой-то общий телефон, доступный в любое время. Нужно обязательно привлекать ветеринаров. То есть у нас чрезвычайное происшествие, проблема, например, машина сбила животное. Человек звонит по одному номеру, его не отфутболивают, должно обязательно быть соглашение с прописанным межведомственным соглашением.

Опять же, не всегда животным нужна помощь, когда нам так кажется. Очень важно учитывать сезонность. Бывают слетки — мама учит птенцов летать. Тот же совенок упал, сидит на пеньке, ждет родителей. Но мы же идем в лес, а это — чужой дом. Все думают, что вот сидит несчастный сирота, бедный и голодный, нужно срочно его спасать. Народ бывает сверхсердобольным. Не забывайте, что мы у них в гостях. Мама боится из-за нас подлететь с кормом к птенцу. Мы и так приходим на пикники, где-то шумим, бегаем, включаем музыку. Мы и так им мешаем.

Я и на встречах с детьми в школах всегда говорю. Если идете в лес, накрываете столы, разводите костры, - убедитесь, что поблизости никаких животных и птиц нет, что всё в порядке, вы никого не потревожите. Если вы оставляете ребенка дома одного голодным, он будет кричать. Точно так и птицы. Птенцы пищат, потому что хотят есть. Помогать нужно только тем, у кого есть видимые травмы или кровь.

У нас как-то был случай, принесли трехнедельного подсосного лисенка. Собака на прогулке разрыла нору и его в зубах принесла. Если вы пошли в лес с собакой, контролируйте ее, чтобы она не разорила чужой дом».

- Говорят, с карантином природа «обнулилась». И у нас появляются редкие животные и птицы. Это из-за карантина?

- Конечно. Особенно отлично это видно по европейским странам. В каналы Венеции, например, вернулись дельфины. Даже по картинкам из космоса видно, что ушли грязные, черные пятна. Это говорит о том, насколько человек испортил природу. Мы столько лет были потребителями, что природа в виде вируса дала нам понять многое. Например, люди посидели дома три месяца и взвыли, насколько им трудно и скучно. А представьте тех львов, леопардов. Которые все время сидят по клеткам взаперти. Как они себя чувствуют? Они всю жизнь так проводят! Сейчас самое время человечеству делать выводы о своем потребительском отношении к природе. Да, природа восстанавливается, но она все время борется с последствиями деятельности человека.

- Когда возникла необходимость организовать приют диких животных «Спаси меня»? Какой момент послужил стартом?

- Ситуация с тигром Жориком. Выгуливать тигра во дворе пятиэтажки было неправильно, это собаку или кошку можно держать в небольшом вольере, а тигру нужно пространство, он должен гулять. Одно дело — его вылечить, другое —эти выздоровевшие животные будут жить. Или, например, лебеди. Им нужен пруд, обязательно какой-то водоем. Если они не будут купаться, погибнут. Приюту уже шесть лет. Скоро часть наших выздоровевших пациентов переедут жить в Африку.

- Расскажите, как себя чувствует наш всеобщий любимец, которого вы перевезли из Махачкалы, - тигренок Симба.

- Замечательно чувствует! Он уже вовсю бегает и прыгает. А еще — улыбается. Я его называю улыбающимся львом, который радуется жизни и получает от нее удовольствие. Это чудо, настоящее чудо, что мы его спасли. Когда в приюте никого из посетителей нет, я на ночь его выпускаю погулять по территории. Минувшие очень жаркие дни для него — это просто рай. Это же африканское животное. Симба лежал на самом солнце, в расслабленной позе, с абсолютно ровным дыханием. Скоро Симба и леопард Ева полетят в Африку. Меня называют Айболитом, нужно соответствовать, я там не был. Полетят животные, как настоящие цари зверей, на частном самолете, в Танзанию. Сейчас ведем поиск меценатов.

У Евы сохранены инстинкты дикого хищника, прививки все она прошла. Симба же будет жить на территории в два гектара, отдельно от прайда. Его ждет еще один самец с аналогичными травмами, чтобы жить вдвоем, как братья. В Челябинск перед отправкой животных на Черный континент приедет высокая делегация во главе с послом Танзании, будем знакомиться, договариваться о дальнейшем взаимодействии.

Оставить комментарий (0)

Загрузка...

Топ 5 читаемых

Самое интересное в регионах