aif.ru counter
41

Дмитрий Писаренко: Для души и тела. Куда сходить пассажиру ледокола?

Одно из них работает на потребу души, второе – на потребу тела. Экипажу атомохода и его пассажирам, как выяснилось, нужно и то, и другое.

Помещение, предназначенное для решения духовных задач, именуется «судовая библиотека». На двери висит расписание: «Понедельник, 12:00 – 13:00; Четверг, 16:10 – 17:00». Итого меньше двух часов в неделю! Не маловато ли для приобщения местного люда к миру литературы? Задать этот вопрос я решил непосредственно библиотекарю, но обнаружил на его месте …техника-дозиметриста.

Еще пару часов назад я наблюдал Владимира Зинкевича в Центральном пункте управления – главном помещении ледокола, откуда отслеживается работа ядерных реакторов и всех систем судна вообще. Там постоянно несет вахту дежурный расчет, и Зинкевич сидел перед монитором, где были видны крышки генераторов и приводы, управляющие стержнями с ядерным топливом. (К слову, эту картинку нельзя даже снимать на фото и видео.) И вдруг этот же человек предстал передо мной в роли библиотекаря. А над ним на голой стене одиноко висел портрет Андрея Дмитриевича Сахарова.

«В штатном расписании нет должности библиотекаря, вот его обязанности и было решено возложить на службу радиационной безопасности, - пояснил Владимир Зинкевич. – Мы наименее загруженное подразделение экипажа (и слава Богу! – Д.П.), два часа в неделю можем и в библиотеке подежурить. А насчет Сахарова не знаю, он давно тут висит».

Читального зала здесь нет, только абонемент. В картотеке – около 40 постоянных клиентов (всего в экипаже, напомню, 110 человек). За час дежурства заглядывают от 5 до 10 посетителей – отдать одни книги, взять другие. Берут в основном фантастику и фэнтези – Айзека Азимова, Ника Перумова, Василия Головачева, Андрея Ливадного. Под этот жанр отведен отдельный стеллаж. На полках с надписью «Русская литература» стоят собрания сочинений Толстого, Достоевского, Чехова, Салтыкова-Щедрина, Лескова, Герцена, Горького, Набокова, Гиляровского... Конечно, имеются в наличии и Пушкин, и Лермонтов. Зарубежная классика представлена не менее внушительным составом - Бальзак, Стендаль, Диккенс, Драйзер, Гюго, Золя и пр. Ну и Александр Дюма с Жюлем Верном – куда ж без них?

В избытке справочной литературы. Прямо у входа на стеллажах - тома Большой советской энциклопедии. Есть Большая медицинская, «История русского искусства», «Всеобщая история искусств» - это лишь те энциклопедии, что я успел заметить. Наконец, можно отыскать на полках издания узкого профиля - например, «Английский язык для судовых электромехаников».

Библиотека существует на ледоколе с того момента, как он был принят в эксплуатацию - то есть с 21 декабря 1985 года. Всего в ней 5015 книг, еще около 200 стоят без учета: люди просто принесли их из дома и оставили для всеобщего пользования. Судя по переплетам и обложкам, подавляющее большинство выпущено в советские времена. А самое старое издание датируется 1933 годом. Это «Техническая энциклопедия», 38 томов. Наверное, проку от нее сейчас уже никакого, однако выбросить жалко – раритет.

Кроме того, что почитать, на ледоколе есть что посмотреть. В большинстве кают, а также в столовой и кают-компании стоят телевизоры, объединенные в общую сеть. В первые дни плавания по ним гоняли криминальные сериалы наподобие «Глухаря», потом стали показывать молодежно-комедийное «мыло», а теперь транслируют научно-популярные фильмы - про поиски Священного Грааля, экспедиции в Антарктиду и т.п.

Еще в носовой части судна имеется помещение под названием «клуб» - зал на сотню мест и со сценой. Когда-то в нем крутили кино. «Теперь фильмы не показывают, - с легким сожалением говорит 3-й старпом капитана Сергей Николенко. – Сейчас каждый сам по себе - берут в рейсы ноутбуки с видео, все сидят по своим каютам. Дух коллективизма, конечно, страдает».

Нынче в клубе проводят лишь собрания и инструктажи. Так, на 28 сентября назначено отчетно-перевыборное профсоюзное собрание экипажа. Не исключено, что будут поднимать дух коллективизма.

***

Теперь о втором помещении – том, что работает на потребу тела.

В первую же ночь после отплытия я проснулся от того, что где-то играла музыка. Часы показывали 4:05, а музыкой оказался репертуар Юрия Антонова. Треки «Под крышей дома твоего» и «Море» разбавлялись ударами непонятного происхождения – то глухими, то звонкими, с явной примесью металла. Утром мы с коллегами обсудили странные звуки. Наведались в ходовую рубку, где узнали: ночью ледокол проходил через штормовой фронт, волны были приличные, и брызги долетали аж до верхней палубы. Решили, что шторм и явился причиной ударов: как поется в песне, «волны бились о борт корабля». Однако кто ж исполнял песни мэтра советской эстрады? Неужели арктические сирены? Загадка, однако.

Следующей ночью музыка зазвучала вновь. На этот раз надрывалась Любовь Успенская, позже ее сменил совсем уж оголтелый шансон. Не оставалось ничего иного, как отправиться на разведку. Так в соседней каюте (на ее двери нет никакой надписи, потому мы считали, что это техническое помещение) обнаружился компактный спортзал. В нем есть штанги, гантели (вот откуда «металлические» удары), тренажеры для пресса и плечевого пояса, а также два кардиотренажера – старенький велоэргонометр и беговая дорожка. Кстати, занимаясь на них, можно любоваться в иллюминаторы на бескрайние ледовые просторы. На панели беговой дорожки есть USB-разъем, куда физкультурники «втыкают музыку» с флэш-накопителей. А поскольку многие из них работают посменно, на бодибилдинг и фитнесс им приходится отводить ночные часы. Так разрешилась загадка Антонова-Успенской. По нашей просьбе музыку ночью включать перестали. Зато в дневное время мы имеем возможность знакомиться с музыкальными пристрастиями обитателей ледокола.

Однако тренажерами и «железом» спортивный досуг здесь не ограничивается. Есть еще специфический фитнесс на палубе. И еще один спортзал, имеющий прямое отношение к радиационной безопасности. Об этом – в следующий раз.

Смотрите также:

Оставить комментарий (0)

Также вам может быть интересно


Загрузка...

Топ 5 читаемых

Самое интересное в регионах