469

«Дети были на границе смерти». Гражданская медицина во время войны

"Мы должны растить здоровых и физически крепких детей", - говорили медработники на съезде. © / ГУ «Объединенный государственный архив Челябинской области»

Как это ни парадоксально, но на Южном Урале именно в годы Великой Отечественной войны начали активно создаваться современные формы медицинской работы: вакцинация, медицина материнства и детства, пропаганда санитарно-гигиенических знаний. От экстренной медицины, реагирующей на уже случившиеся эпидемии и вспышки инфекционных заболеваний, здравоохранение шагнуло на следующую ступень, связанную с качественно новыми требованиями к лечебному делу.

Обо всем этом мы можем узнать из уникального документа, хранящегося в Государственном архиве Челябинской области. Это стенографический отчет Областного съезда сельских медработников, который состоялся в Челябинске 18 ноября 1944 года.

Горючий материал для инфекции

Практически все докладчики – и руководители, и обычные врачи, и санитарные инспекторы – старались говорить не только «о хорошем». Наоборот, в своих выступлениях они говорили о проблемах, о том, что их по-настоящему волнует. Съезд открывался докладом заведующего областным отделом здравоохранения А.Н. Рыскина. После приветственных слов в адрес героических бойцов Красной Армии, которые изгнали врага с родной советской земли, он перешел непосредственно к теме здравоохранения. 

Как докладывает Рыскин, наиболее распространенными на Южном Урале в военные годы продолжают оставаться брюшной и сыпной тиф, малярия, бруцеллез, дизентерия. И если статистика заболеваемости взрослого населения остается тревожной, то по детским болезням картина более оптимистичная: наблюдается снижение желудочно-кишечных инфекций, также благодаря вакцинации дети стали реже болеть скарлатиной, корью и дифтерией – болезнями, которые были жестокими «врагами» детского населения в довоенное время.

По мнению главы облздравотдела,  инфекционные заболевания во многом не удается изжить потому, что в совхозах царит антисанитария,  люди живут в плохих бытовых условиях: «Проверка установила, что в ряде совхозов не проводятся профилактические мероприятия по борьбе с малярией и бруцеллезом, нет дезкамер, плохо поставлена работа бань».

Особенно тяжелое положение сложилось в общежитиях: «Ряд рабочих общежитий в совхозах, подсобных хозяйствах - неблагополучны. Постельных принадлежностей жильцы не имеют, банями не обеспечены, клопы не выводятся. Например, в Брединском районе в общежитиях большая скученность, кипяченой воды для питья нет, рабочие пользуются сырой водой, которая к тому же грязно хранится. А ведь в общежитиях сосредоточено большое количество людей, и они представляют собой горючий материал для любой инфекции».

«Не бывает живого человека без вшей»

Почти во всех последующих докладах прослеживается одна тема –профилактика инфекционных болезней. Главный пункт этой профилактики – борьба с антисанитарией. По мнению выступающих, бытовая грязь, скученность, нехватка лекарств и расходных материалов являются основными причинами опасных болезней. И здесь на помощь врачам, которые чисто физически не могут контролировать каждый двор и каждый дом, на помощь приходят общественные санитарные инспекторы. Эти инспекторы обходили дома, и если дома было грязно, требовали от хозяев навести порядок и соблюдать гигиену в быту.

«Значительно выросла армия общественных санитарных инспекторов. На 1 июля 1944 года их зарегистрировано 12 тысяч 63 человека, – отмечает Рыскин в докладе. – Среди них множество тех, кто зарекомендовал себя энтузиастами санитарного дела».

Можно смело сказать, что тогда в селах врачи «насаждали гигиену», как картошку. «Санитарные инспектора помогают во многом. Например, инспектор Абдрахманова – простая колхозница. На ее участке отремонтирован колодец, чисто, все дома выглядят образцово, и нет ни одного человека завшивленного», – докладывала заведующая Аргаяшским здравотделом.

Очень красочно о своем опыте работы рассказывает санитарный инспектор Землякова (пос. Янгельский): «Наши общественные инспекторы ведут борьбу за культурный быт, и благодаря насаждению этого быта ведут эпидемическую борьбу, следят за тем, чтобы побелена была квартира, чтобы помои не разливались, как им вздумается. В летнее время ведется разъяснительная работа по борьбе с мухами, рассказываем людям, как надо ухаживать за больными».

И эта работа совсем не напрасна. «Вот результаты за два года: одни и те же дети, с которыми приходится работать, теперь выглядят совершенно по-иному, – говорит она. – Если в первое время в пос. Янгельском мамаши доказывали, что не может быть живого человека без вшей, то теперь, когда на родительском собрании укажешь мамаше, что ее ребенок приходит со вшами, то мать краснеет».

«Ушли из санатория на своих ногах»

Одна из наиболее важных проблем, обсуждаемых на съезде, – здоровье детей, подрастающего поколения. По сравнению с 1930-ми годами, когда из-за нехватки врачей детям просто отказывали в медицинской помощи, сделан огромный шаг вперед.

«Товарищи, мы должны растить здоровых и физически крепких детей (мы не можем давать брак), а у нас получается в детдомах такое положение, что когда детей переводят в ФЗО, в ремесленное училище, в 14 лет, то они по своему развитию и состоянию не выдерживают условий производственной учебы», – говорит заместитель заведуюшего облоно Ворова.

По ее словам, медицинское обслуживание в детдомах пока неблагополучное: «В детдомах врачи, чтобы посмотреть ребятишек, бывают очень редко. Вот, например, ситуация в изоляторе в Еткульском детдоме: дети третий день не моют руки, ноги тоже грязные, а медсестра ничего не видит и очень обиделась, когда мы сделали ей замечание».

Съезд проходит в военное голодное время, и врачи говорят о том, каким путями они борются с дистрофией. «1943-1944 годы тяжело отразились на нашем районе: мы имеем 191 человек дистрофиков, которые находились на границе смерти, – говорит врач из Кизильского района Корниенко. – По инициативе райздравотдела был организован детский санаторий, который пропустил 120 детей. Дети за месячное пребывание прибавляли в весе по 1,5-3 кг. Было доставлено в санаторий 4 рахитика, которые не ходили несмотря на 3-летний возраст, а ушли из санатория на своих ногах».

Интересно, что именно в военные годы на селе заметно выросло число женских консультаций, в колхозах появились ясли, молочные кухни. Молочных кухонь, например, на селе в 1940 году не было вообще, а в 1944 году – уже 43.

По мнению многих врачей, даже в это трудное время, при нехватке кадров и лекарств, нужно создавать хорошие условия для больных. Своим опытом делится Некстер, заведующая Усть-Багарякским врачебным участком: «Кормим больных 4 раза в день за счет того, что нам дает государство и за счет своего подсобного хозяйства. Утром чай, для тяжело больных – с сахаром, потом хлеб с маслом, картофельное пюре или каша. Обед из двух блюд: обязательно суп, с молоком или жиром, варим с молоком, так как жир экономим. На второе – капусту тушеную или картофельное пюре, или лапшу. Меняем меню, чтобы больным не надоедало.  Хлеба даем 500 г, выпекаем сами, так как получаем мукой».

Говорит она и о недостатках: «С медикаментами плохо – камфоры, глюкозы у нас почти совсем не бывает. Денег дается очень мало». И тем не менее, удается добиться результатов: смерти от сыпного тифа на участке не было 3 года, а ежегодно бывало по 8-12 человек больных. Врач убеждает коллег с трибуны съезда – в больнице и стены помогают: «За ремонт крыши я отдала два пуда хлеба. Одна из сестер сама выкрасила все полы. От уюта, который создается в больнице, зависит и выздоровление больных».

Кстати, по словам Рыскина, в области еще имеются больницы, которые находятся в антисанитарном состоянии: «Больница Сосновского района: там санобработку больных не проводят, титан не работает, в палатах много мух, изолятора нет». Конечно, есть совсем другие примеры: «Чебаркульская районная больница на 200 коек: образцовая чистота, порядок, уют, питание построено по принципу лечебного, проводится большая хирургическая работа».

И все-таки в военные годы в Челябинской области крупных эпидемий тифа и других опасных болезней уже не наблюдалось – во многом потому, что улучшилась санитарно-гигиеническая работа. «За время войны значительно выросла оснащенность Челябинской области  банями, вошебойками, дезкамерами, – докладывал Рыскин.–  Стационарных дезкамер в 1940 году было 83, в 1944 году стало 386».

Оставить комментарий (0)

Также вам может быть интересно


Загрузка...

Топ 5 читаемых

Самое интересное в регионах