aif.ru counter
150

Клара Антонова. Моя Вердиевская осень...(часть 2)

Александр Фирсов / АиФ

Певцы

По высказыванию самого Верди, «в музыке, как в любви, нужно прежде всего быть искренним». Такими мне запомнились Трофимов-Феррандо (бас) и Лепешинская-Азучена (меццо-сопрано). Потому сцены с их участием стали наиболее достоверными даже в таком условном жанре, как опера.

Огромный, живой, с пышной окладистой бородой, свободно расхаживающий перед солдатами, чувствуя властную силу, – таков Феррандо, начальник графской стражи в исполнении Станислава Трофимова. Его герой, старый вояка, желая скоротать ночное дежурство в ожидании графа, с каким-то нескрываемым удовольствием рассказывает о событиях своей юности, полных поверий, ужасов, ведьминых проделок, казней, костров. От воспоминаний войскового капитана – Трофимова стража (артисты хора) в страхе разбегается.

Сцена из 3-й картины оперы «Трубадур» – «Цыганский табор» Фото: АиФ / Андрей Голубев

Вскоре черная краска первой картины – «Площадка перед замком графа ди Луна» – превращается в ярко-красную третьей – «Цыганский табор». Здесь огненный цвет во всем главенствует. И в многочисленных костюмах цыган (артисты хора), напевающих о жарких лучах солнца, красотках, искристом вине. И в отблесках пламени костра, где в сторонке от всех устроилась старая Азучена – Анастасия Лепешинская, погруженная в свои воспоминания о страшной гибели матери и ее призыве: «Отмсти за мать!» Резкие порывистые взмахи рук, стонущие воздыхания певицы складываются в трагический монолог ее героини. Где тоска, боль, гнев, скорбь, усиленные оркестровыми голосами деревянных духовых инструментов, рисуют выразительную картину разгорающегося костра и вспышек сильных человеческих страстей. Здесь молодая, невысокая, худощавая артистка наполняет свой голос выразительной силой, энергией. Менее подвластны Лепешинской, на мой взгляд, теплые ноты материнской любви в сцене допроса.

Но в целом, образ мятущейся, растерянной, страдающей Азучены правдиво воплощен в спектакле оркестром и певицей. За что исполнители заслужили самые громкие аплодисменты в конце театрального действа.

Сцена из оперы Дж. Верди «Трубадур». Азучена – лауреат международных конкурсов Анастасия Лепешинская (меццо-сопрано), Манрико – Дмитрий Шилов (тенор) Фото: АиФ / Андрей Голубев

Убедителен Дмитрий Шилов в партии трубадура Манрико. Известнейшая ария (кабалетта от итальянского cobola – куплет) «В груди пылает грозное пламя», требующая немалого темперамента, недюжинных физических затрат, пылкого сердца, бесстрашия, преодолевалась артистом с кажущейся легкостью, и не вызывала страха за сорванные и не взятые ноты. Покоряла надежность, удивительная свобода, с какой молодой певец преодолевал труднейшие преграды теноровой партии.

Красивый баритон Сергея Гордеева сочно звучал в партии ди Луна. Некогда открытый и поддержанный в начале певческой карьеры Ириной Архиповой. Он достойно вписался в оперную труппу Челябинского театра. С тех пор ласкает слух своим привлекательным бархатистым тембром. Потому, очевидно, в его герое мало подчеркнуто властности, жестокости, больше – мужской влюбленности в Леонору, настойчивое стремление добиться своего права на любовь. В результате, острота конфликта между Манрико-Шиловым и ди Луна-Гордеевым несколько смягчилась. А вокальные данные Гордеева проявились гораздо ярче актерских.

Бесспорно, наиболее важной фигурой в опере «Трубадур» является Леонора. Сопрано – один из любимейших голосов Верди, он принадлежал самым близким женщинам композитора – Джузеппине Стреппони, певице, многолетнему другу, спутнице жизни, жене; Терезине Штольц – страсти его зрелых лет.

Этим голосом награждает Верди Леонору, возлюбленную трубадура.

Любопытно мнение дирижера спектакля «Трубадур» (во время гастролей «Ла Скала» в Москве в 1964 году) Джанандреа Гаваццени. Он считал главным персонажем не Азучену, как того хотел Верди, а Леонору. Так важна исполнительница партии Леоноры.

В Челябинске их двое: Гузелия Шахматова и Наталья Заварзина.

Я присутствовала на спектакле с участием Заварзиной. Возможно, на первом спектакле в сезоне певица была еще сосредоточена на технической стороне партии, сложной в вокальном отношении? Не знаю. Только во внешнем облике Леоноры-Заварзиной сквозила некая напряженность и склонность к позе. Лишь в сцене «Двор женского монастыря», где появление Леоноры-Заварзиной, удачно решенное режиссером Александром Лебедевым и музыкально-хоровым сопровождением (дирижер Волынский), превращалось в эмоционально волнующую картину. Темный свет. Звон колокола возвещает о ранней молитве. Тихое пение. Шествие со свечами в руках скорбной процессии монахинь, словно бесплотных духов, возвышающихся над сценой. Здесь удачно использовались постановщиками двухуровневые площадки декораций, созданные по эскизам Рошко. Всё вместе передавало атмосферу покоя святой обители, где Леонора-Заварзина естественно вписывалась в драматически выразительную сцену, выстроенную режиссером.

Сцена из 4-й картины («Двор женского монастыря») Фото: АиФ / Андрей Голубев

Однако кукольно-дуэльные бои на мечах соперников ди Луна (Гордеев) и Манрико (Шилов) в мгновение предвкушения обряда пострижения Леоноры (Заварзиной) в монахини с удивительной легкостью разрушили сценическую правду оперной жизни, так убедительно воспроизведенную артистами хора, оркестра, художниками, минуту тому назад.

Кроме упомянутых участников «Трубадура», нельзя не сказать о приятном впечатлении, оставленном Екатериной Куликовой (сопрано), которая воплотила роль подруги Леоноры – Инесы, Сергеем Сидоровым (тенор), исполнителем партии Рюица, другом Манрико. Нельзя не отметить художника по свету Ирину Вторникову и не заметить ее стремление освежить старые декорации, костюмы, придав им порой то траурное насыщение, то радужную яркость цвета.

Нельзя не оценить усилия хормейстера Макаровой, которая сумела достойно восполнить пустоту, образовавшуюся с утратой одаренной опытной Елизаветы Евсюковой, заслуженной артистки России. И мерные похоронные удары в оркестре, соединенные с заупокойным хоралом «Miserere», зазвучали особенно проникновенно, став молитвенным прощанием артистов хора со своим милым, улыбчивым, женственным хормейстером.

Мне думается, что в благопристойном звучании хора, возможно, немалая заслуга дирижера. Ведь Евгений Волынский некогда окончил дирижерско-хоровое отделение (сначала музыкального училища, потом – дирижерско-хоровой факультет консерватории).

Любому меломану понятна важность оркестрово-хоровых сцен в операх Верди. Потому так ценна роль Волынского, знающего истинный толк в хоровом искусстве.

(продолжение следует)

Смотрите также:

Оставить комментарий (0)

Также вам может быть интересно


Загрузка...

Топ 5 читаемых

Самое интересное в регионах