18

До Вильнюса на "виллисе"

Еженедельник "Аргументы и Факты" № 7 17/02/2010

"27 декабря 1942 года из Пензы через военкомат была направлена в Сталинград. Санинструктором выносила раненых с поля боя...", - это обращение к президенту Медведеву Валентина Михайловна Захватова из Копейска писала, конечно, не сама. Официальное письмо составляли внуки. Молодые, они верят в справедливость и в то, что их 87-летней бабушке, побывавшей на фронте, восстановят удостоверение ветерана войны, пропавшее ещё в 1980-м.

- В 1939 году в Пензенской области я окончила школу, с тёткой и братом уехала на Балхаш, - громко и живо начинает Валентина Михайловна. - От военкомата меня приняли на курсы инструкторов Красного креста. Нас, девчонок, учили кровотечение останавливать, перевязывать раны. Физподготовка ещё была - полосу препятствий проходили, да на лыжах за 40 вёрст бегали.

За руль!

В 1942 году молодую медсестру Валентину призвали на фронт из Пензы.

- Выдали нам кирзовые сапоги, портянки, шапку, шинель, рукавицы, сухой паёк, - рассказывает бабушка. - День дали, чтобы собраться. Помню, мама всё плакала, а я ей: "Не плачь, а то живой не вернусь!"

Только в поезде Валя узнала, что едет на Сталинградский фронт. Попутчики рассказывали, что в Пензе с людей поснимали все брони и что Сталинград день и ночь требует подкрепления. Под Сталинградом вновь прибывших медиков устроили в барак к медсёстрам.

- Мы-то приехали одетые, в обмундировании, а они в фуфайках, - вспоминает копейчанка. - Берегли эти девчонки меня, поначалу всё дежурить оставляли. Я печку топила, снег на воду собирала, готовила. Бывало, придёшь с горячей кастрюлькой в поле, а там половины едоков уж в живых нет. Немцы ведь, паразиты, чувствовали, что конец им приходит - били день и ночь. Сама я на передовую только три раза сходила, а после четвёртого очнулась в госпитале.

В тот день Валя донесла до санчасти солдата, метнулась к другому раненому, сняла рукавицу, перевернула его лицом вверх и поняла, что он мёртвый. Уйти сестра не успела - снаряд упал прямо подле неё. В госпитале врачи вынули осколки, подлечили её и со справкой отправили в Пензу. По этому документу Валентина получила в родной деревне 20 кило муки и вернулась на оружейный завод. Работникам за выполненную норму полагалось по 800 граммов хлеба, иногда сахар и консервы.

- Тут я увидела объявление: набираются девушки на курсы шофёров для фронта, - продолжает Валентина Захватова. - На курсах мне дали звание сержанта и направили командиром отделения.

Через полгода их, шестерых девчонок, лихо управляющих "полуторками", отправили в Чернышёвские казармы, что под Москвой. Оттуда молодых водителей должны были распределить на фронт.

- Отвезли нас на чёрной машине на приём к самому маршалу Коневу. Помню, он сказал, что есть возможность сшить женскую форму. Мол, расскажите, что вам, девушкам, нужно. Я только потом поняла, что разговор про одежду он завёл так, для отвода глаз, а сам примечал, кого куда отправить.

Мы, конечно, сказали, что гимнастёрочки нам нужны с воротничками, ну и заказали ещё по мелочи. Предложил он тогда:

- Может, девочки, сапожки красивые вам сошьём, на шнурочках?

- Товарищ маршал, ну а если бомбёжка, тревога, когда ж мы ботиночки-то зашнуруем?

Спасибо от Рокоссовского

На следующий день Валентине выдали билет на поезд и направление в город Гомель, в штаб второго Белорусского фронта, лично шофёром к майору Сухову, снабженцу. Весь 1944 год Валя колесила с ним по фронтовым дорогам, быстро освоившись после "полуторки" на американском "виллисе". Да ещё возила на передовую самого генерал-лейтенанта Кузнецова! Правда, воспоминания о легендарном бойце у копейчанки не самые приятные.

- Повезла я генерала на передовую, попали под бомбёжку, - рассказывает она. - Вернулись благополучно, и "виллис" целый остался. А вот потом по оплошности забыла я на столе секретный пакет документов. Генерал этот, злюка, как узнал, чуть на передовую меня не отправил!

В 1945 году с Суховым, уже командиром войск противовоздушной обороны, Валентина каталась по дорогам Литвы. Советских солдат латыши не жаловали: бывало, даже не разрешали бойцам своими кружками воду черпать.

- Мы думали, что согреют, а они смотрели на нас, как на врагов, - вспоминает она. - Выйдешь из такой хаты, и слёзы на глазах - так обидно было.

Дальше Вильнюса Валентина Михайловна не доехала, демобилизовалась в апреле 1945-го с ранением в ногу.

- В то время из документов у меня водительские права были, справка из госпиталя, фотокарточки, поздравительная открытка от Сталина и благодарность от Рокоссовского. За что благодарность? За бдительность!

- Вела я девчонок в баню, все в шинелях. Смотрю, стоит в струнку вытянулся наш капитан, Лёшкой звали, а перед ним - полковник в одной гимнастёрке, портупея на нём, наган. Подбегаю, говорю:

- Товарищ капитан, вас командующий срочно в штаб вызывает.

Капитан и побежал без оглядки. А утром на построении объявляют мне благодарность: оказывается, не ошиблась я, и полковник этот бандеровцем оказался.

Надо жить!

Удостоверение участника войны - временное - Валентина Захватова получила уже в Пензенской области. В военкомате ей объяснили, что "корочки" эти, хоть и временные, но ценные, и с ними даже товар в магазине выдают без очереди.

- Как-то в овощном отделе я предъявила удостоверение, а женщины набросились на меня: дескать, ты на фронте была, а мы что, всю войну на печи просидели? Я извинилась и вышла, с тех пор документ нигде не доставала.

В 1980 году временные удостоверения стали менять, запросили номер части, при которой Валентина служила в Сталинграде.

- А я даже и не знала, при какой, поехала за справкой из госпиталя. Справку не привезла: оказалось, весь архив сгорел. Я, конечно, в слёзы. Муж мой, Андрей Петрович, успокоил меня: "Не расстраивайся, - сказал, - не дали удостоверение - и не проси, не надо".

Второй раз документ решила восстановить, когда на пенсию уходила. Всё-таки два с половиной года на фронте - это тоже стаж. Опять не вышло. В пензенском военкомате майор бросил мне толстую книгу - мол, ищите в списках свою фамилию. И ведь швырнул, как собачонке. Я даже смотреть не стала, вышла и заплакала. А сейчас внуки всё-таки решили добиться справедливости. Увидели как-то меня в программе о Клавдии Шульженко - на её фронтовых выступлениях, в документальных отрывках. Видно, запал им в душу этот кадр. "Бабушка, - говорят, - вот восстановят тебе удостоверение, хоть реветь на 9 Мая не будешь!" Надеюсь, доживу до этого дня, по отцу-то мы долгожители. Да и я ведь богатая: пятеро детей у меня, девять внуков и семеро правнуков! Надо жить!

Смотрите также:

Также вам может быть интересно


Загрузка...

Топ 5 читаемых